Шрифт:
Жалел ли он о том, что сказал ей правду? Нет. Он поступил бы точно так же, даже если б ему предложили все переиграть…
Наконец он услышал, что по коридору спящей гостиницы кто-то идет. Он сидел не шевелясь, словно боялся неосторожным движением спугнуть надежду.
Шаги затихли… и через несколько секунд дверь открылась.
Она вернулась!
Филипп почувствовал, что сердце забилось как сумасшедшее. Он слышал, как молодая женщина тихонько прошла в комнату и остановилась за его спиной.
– Ты спишь? – негромко произнесла она.
– Нет, – так же чуть слышно отозвался мужчина.
Встав с кресла, он повернулся к вошедшей лицом. Мелисса смотрела на него серьезно и немного грустно.
– Я гуляла по пляжу и думала о том, что происходит в моей жизни, – проговорила она, прислонившись к прохладной стене. – Раньше я считала, что все просто и понятно. Мама умерла, зато рядом есть отец и любимый человек. А потом вдруг внезапно выяснилось, что Питер мне изменяет. И что мама вовсе не умерла, а бросила семью из-за другого мужчины…
Она с досадой покачала головой.
– Зато в моей жизни появился ты. Брат… – произнесла она. – Но стоило привыкнуть к этой мысли, как выяснилось, что ты и не брат мне вовсе. И я не знаю, радоваться этому или огорчаться…
Мелисса замолчала. Филипп тоже не проронил ни слова. Он чувствовал, что ей нужно выговориться, и терпеливо ждал, когда она продолжит.
– Я все еще не могу понять, как отношусь к тому, что произошло, – наконец сказала девушка. – Наверное, должно пройти некоторое время, чтобы эмоции улеглись. Но одно я знаю точно…
Она подошла к Филиппу и положила ему руки на плечи.
– Ты мне дорог. Дорог, как никто другой… Я боялась признаться себе в этом. Я уговаривала себя, что это все невозможно. Но теперь… Это такое острое чувство, что оно не дает мне дышать. Пожалуйста, скажи мне что-нибудь, или я сойду с ума!
В ее глазах блеснули слезы. Она была такой растерянной…
Филипп прижал Мелиссу к себе и вдохнул запах, исходящий от ее волос. Она была такой близкой, такой родной… Молодая женщина уткнулась ему в плечо, и некоторое время они стояли вот так, обнявшись, в полумраке гостиничного номера.
А потом он произнес внезапно охрипшим голосом:
– Я люблю тебя. Я безумно тебя люблю…
Она посмотрела на него, вглядываясь в черты лица. Он был серьезен, и в его голубых, как море, глазах плескалась нежность.
Мелисса привстала на цыпочки и чуть тронула его губы своими губами. Это было лишь легкое касание, как взмах крыла бабочки… Но в следующую секунду он ответил ей таким страстным поцелуем, что у нее закружилась голова.
Его губы были горячи, нетерпеливы и требовательны, да она и не сопротивлялась, наслаждаясь их вкусом. Филипп целовал ее, а Мелисса чувствовала, словно за спиной вырастают крылья.
Впереди была еще половина ночи. И целая жизнь.
14
Мелисса уже проснулась, но лежала с закрытыми глазами, как будто боялась, что если она откроет их, то сказка разобьется. Филипп был рядом. Она слышала его мерное дыхание. И это ощущение наполняло ее безмятежным спокойствием. Она любила. Она снова любила. Но это было совсем не то болезненное чувство, как с Питером. Любовь, которую она ощущала сейчас, была сродни теплым волнам океана, омывающим ее душу… Прошлая ночь была великолепна. Мелисса чувствовала себя такой желанной! Объятия, поцелуи, обрывки слов – все сплеталось, создавая гармонию любви.
«Не вздумай от своего счастья отказываться. Если откажешься, то жалеть будешь всю жизнь!» – эхом прозвучали в ее голове слова той странной женщины в кафе.
Молодая женщина улыбнулась. Как она могла подумать, что это предсказание о Питере! Филипп – вот тот человек, от любви которого она хотела отказаться. Он ее судьба. Теперь она в этом уверена.
Мелисса наконец открыла глаза. И встретилась с его взглядом.
– Ты не спишь? – удивленно спросила она.
– Нет, уже давно. Я лежал и любовался тобой. Ты такая красивая…
И Филипп обнял любимую. Он до сих пор не мог поверить, что эта ночь не была сном. И наконец-то был счастлив.
– Я не оставлю тебя больше ни на минуту, – прошептал он.
Молодая женщина засмеялась:
– Вот как? И даже не пустишь меня в душ?
– Одну? Ни за что! – воскликнул Филипп, а потом неожиданно вскочил с постели, сгреб Мелиссу в охапку и понес к дверям ванной. – Теперь мы всегда будем принимать душ вместе!
Мелисса, впрочем, не особо протестовала…
Взаимная любовь – это так прекрасно. Это как будто игра на рояле в четыре руки. Вариации разные, а мелодия одна…