Хотя его слова походили на бред сумасшедшего, теперь я поняла, почему Кинг думал обо мне, как о своей собственности. И почему считал себя вправе диктовать мне как жить. Вот, почему он чувствовал, что имел право делать эти вещи с моим сознанием и нанести татуировку на мое тело.

Но он не владеет мной. Я не принадлежу Кингу и никогда не буду.

Я уставилась на черную «К» на моем запястье, пытаясь придумать хоть какой-то способ положить этому конец. Вопрос уже был не в том, чтобы найти Джастина, но и о моем спасении. А так же о спасении моей семьи.

– Вы чувствуете это или нет, мисс Тернер? Татуировку на вашем запястье пощипывает, когда я говорю правду.

Я действительно чувствовала ощущение небольшого покалывания, но я не имела понятие о том, что сие означает.

– Нет, не чувствую. Я чувствую лишь необходимость в ее удалении.

– Татуировки?

Я кивнула.

– Зачем тебе это?

Я недовольно вытаращилась на него.

Он провел рукой по своим идеально причесанным темным волосам, приводя их в беспорядок.

– Знаешь, мне очень повезло в тот день.

– В какой день?

– В тот самый, в Мехико. Мне повезло. Мак и я были уже там, упаковывали наше небольшое приобретение. Когда ты не явилась на назначенный рейс я послал Мака на твои поиски, а сам в это время сделал несколько звонков. Я случайно услышал разговор двух пассажиров об одной американке, которую вывели с рейса.

Я почувствовала, как у меня понижается давление. Если бы Кинг прибыл парой минут позже, а не в тот момент, моя жизнь кардинально бы изменилась. Я внезапно поняла, что так и не поблагодарила Кинга за ту ночь. Хотя какая-то часть меня очень хотела сделать это, я знала, что он сейчас рассказывает мне эту историю совсем не для того. Он пытается объяснить для чего пометил меня. Это было сделано для моей защиты, защиты его собственности, ведь в его глазах я была именно ею.

Я вздохнула.

– И тогда ты убил их?

Кинг усмехнулся.

– Нет. Гузман сам убил своих людей. Но, конечно же, предложение исходило от меня.

– Предложение, от которого он не смог отказаться?

Если Кинг мог контролировать меня, то почему бы ему не контролировать и других?

Он отхлебнул из своего стакана. Его губы стали мокрыми и блестели от скотча. Я старалась не смотреть на них, но часть меня, самая темная часть, жаждала тех ощущений, которые так понравились мне в моем сне. Жестких, горячих, греховных...

Кинг уставился на меня, и в его взгляде было четкое понимание того, что его губы захватили в плен мои мысли. Его губы поддергивались, будто бы чесались, и хотели, чтобы кто-то унял этот зуд.

– Да, мисс Тернер, - голос Кинга звучал тихо и хрипло.

Я вышла из оцепенения и вернулась обратно в подлунный мир, глядя в его бриллиантовые глаза. Правда, это не сильно помогло сосредоточиться.

– А?

Он улыбнулся самой дьявольской и очаровательной улыбкой.

– Я сказал "да". Это было предложение, от которого Гузман не смог отказаться.

– А откуда ты вообще его знаешь?

Он пожал плечами.

– Человек моего сорта, интересующийся всем редким и необычным, должен иметь свою агентуру, у которой всегда ушки на макушке. Вы были бы удивлены, если бы знали, что творится в аэропортах, - Кинг продолжал медленно потягивать скотч.
– Что касается Гузмана, то он был паразитом, на которого нельзя было положиться. Он заслуживал смерти.

– О, как!
– я медленно кивнула и поперхнулась своим скотчем.

Стало быть, эти люди были убиты из-за меня. Я не знала, о чем еще думать. В данном случае, мне бы почувствовать уколы совести, ан нет. Ничего подобного. Неужели все это превратило меня в жесткую и мстительную...?

– Вы не первый человек, мисс Тернер, кто приложил к этому руку, но вам выпала честь быть последней.

Я обдумывала его слова, факты, которыми он со мной поделился, и пыталась поверить в невероятное. Мне до сих пор все происходящее казалось ужасным кошмаром, и что я должна вот-вот проснуться. А после моего пробуждения Джастин позвонит мне из Мехико и, смеясь, будет рассказывать об очередной пуговице, которую он отрыл.

– Итак, вы готовы?
– спросил Кинг.

Его внушительная фигура поднялась с кровати, и он расстегнул рубашку чуть больше.

– Готова к чему?
– переспросила я.

Он наклонил голову и пронзил меня хищным взглядом.

– К вашему наказанию.

Мой пульс мгновенно ускорился.

– Ты ведь шутишь, правда?

Он начал засучивать левый рукав.

– Можете начинать напевать одну из тех мелодий Битлз, которые вам так нравятся.

– Что ты делаешь?
– мои глаза пытались найти любой признак того, что он шутит.

Он приблизился на шаг, и в этот момент я уставился на ту странную татуировку на его плече.