– Я не понимаю, что вы…

– В твоих школах у меня также были агенты. Ты никогда не высказывал и намека на согласие со взглядами твоего отца. Твоя преданность мне была… вдохновляющей.

– Это… так было потому, что…

– Все нормально, Иона, – улыбнулся Грейнджер, – я понимаю.

– Мой отец не стал бы… Я знаю, он не стал бы лгать мне, если бы не…

– Я верю тебе. Есть вещь, в которой я уверен на все сто процентов: твой отец был хорошим человеком. Он делал то, что считал правильным.

Иона сомневался в реальности происходящего разговора. Это же человек, который убил его мать и много раз пытался убить его самого.

Много раз с момента ее гибели Иона представлял встречу с Грейнджером. Представлял совсем иначе. В его мечтах Грейнджер был крикливым и хвастливым монстром, не знающим, что такое раскаяние. Не таким спокойным. Не таким вдумчивым. Не таким разумным. И совсем не таким… убедительным.

Лучше бы он оказался монстром.

– Твой отец спас мне жизнь, – сказал Грейнджер. – Ты знал об этом?

Иона покачал головой.

– Это случилось в тот самый день, ужасный день. Мы приземлились в Хитроу. Я шел по взлетной полосе. Джейсон позвал меня назад к самолету. Сказал, что нужен мой отпечаток пальца в заявке. Первый взрыв сбил нас с ног.

– Он был с вами, когда?..

– Джейсон побежал в здание аэропорта, – ответил Грейнджер. – Видел, что там люди, и не раздумывал. Хотел бы я быть настолько смелым.

– А я бы хотел, чтобы он был не настолько смелым, – пробормотал Иона.

– Понимаю, почему ты меня ненавидишь. Правда, – сказал Грейнджер. – Я знал твою мать. Мы встречались с Мириам несколько раз. Она мне нравилась. Могу я спросить, как она?..

– Сити Тауэр, – ответил Иона. – Она работала в Сити Тауэр.

Грейнджер устало кивнул.

– Я не знал, – сказал он. – Но если бы и знал… Как и твой отец, я верил, что делаю то, что должен. Поступаю по совести.

Иона отвернулся, закусив губу. Он не хотел слышать никаких оправданий.

– Чего я не понимаю, – сказал Грейнджер, – так это твоего союза со Стражами. В конце концов, это они взорвали аэропорт в тот день. И виноваты в смерти Джейсона.

– Но не те, с кем я работаю, – не согласился Иона.

– Это они тебе сказали?

– Это правда.

– Полагаю, в этом и заключается преимущество групп без лидера. Некому нести ответственность. Если что, никто не виноват.

– Они сражаются за то, во что верят, – сказал Иона.

– Как и все мы, – возразил Грейнджер. – Но скажи мне, Иона, ты ведь уже достаточно времени провел с Акселем Каваной и Стражами…

– Полагаю, что так.

– Так вот, можешь ли ты с уверенностью сказать, что никогда не сомневался в их методах?

Иона вспомнил о ГеррВер и русских пиратах. А еще о мистере Чанге.

– Метасфера должна быть свободной, – ответил он. – И Стражи сделают ее свободной.

Прозвучало неубедительно, даже для него самого.

– Ты будешь бороться ради этой цели? – спросил Грейнджер.

– Да.

– Будешь рисковать жизнью ради нее?

– Буду.

– И убивать ради нее?

В горле Ионы пересохло.

– Возможно, сам ты и не стрелял сегодня, – сказал Грейнджер, – но этой ночью погибли многие люди. Стражи, Миллениалы. И ты сыграл в этом свою роль.

– Мы… мы должны что-то делать, – пробормотал Иона. – Мы не можем позволить вам… взять контроль над Метасферой.

– Ты действительно в это веришь? – спросил Грейнджер. – Веришь, что виртуальному миру не нужна организация, не нужен лидер? Некто мудрый и дальновидный?

– Ему не нужны вы. Вы просто хотите… получать с людей деньги и указывать им, что делать.

– Ты видел реальный мир, Иона. – Грейнджер покачал головой. – Ты видел, что происходит, когда рушатся институты власти. Люди теряют надежду. А когда это происходит, остается только бесконечно катиться вниз. Ты этого хочешь для Метасферы?

– Я… Я не…

– Я построил Метасферу для нас, для всех тех, кто потерял в реальном мире надежду. Моя Метасфера – это мир, где мы можем снова ее обрести. И я уверен, что глубоко внутри ты согласен со мной, Иона, в том, что за это стоит сражаться.

– И стоит убивать? – прошептал Иона.

– Будь осторожен в своих суждениях, парень. Во многих отношениях мы с тобой похожи. Мы оба пережили потерю родителей. Оба умеем сосредоточиться на цели и идти к ней, даже иногда быть жестокими, если необходимо. Я просто прошу тебя подумать еще немного над выбором. И хочу, чтобы ты решил для себя, стоит ли эта цель всех отнятых сегодня жизней.