Отец водил Иону покататься на лондонском колесе в шестой день рождения. «Если тебе это нравится, – сказал он, когда их кабинка поднялась высоко над городом, – то и летать понравится по-настоящему!»

– Он опаздывает, – сказал Аксель через некоторое время.

– Приедет, – отозвался Брэдбери, – он знает, как это важно.

– Вы уверены, что на него можно положиться? – спросила Сэм.

– Скоро будет, – с уверенностью заявил Брэдбери. – Он верит в свободную Метасферу не меньше, чем все мы. Ограничения плохо влияют на его бизнес.

– Бизнес? – спросил Иона с опаской. – Какой бизнес?

Вопрос так и остался без ответа; Иона решил его не повторять.

Парень убивал время, пытаясь вызвать воспоминания, как научила его бабушка. Закрыл глаза и попробовал выбросить все из головы, но не смог. Его слишком беспокоили события реального мира, которые разворачивались вокруг. Он не мог полностью расслабиться.

Иона заметил, что Брэдбери неотрывно смотрит на него.

– Ну что, вспомнил что-нибудь об остальных Углах? – спросил тот.

Иона отрицательно покачал головой.

– Он знает месторасположение одного из них, – сказала Сэм, – это уже что-то.

– Достаточно, чтобы защитить четверть Метасферы, – добавил Аксель.

– Только если мы сможем заполучить Мост Чанга, – проворчал Брэдбери, – и если сможем добраться до места раньше Миллениалов.

Дискуссию прервал приближающийся звук двигателя.

Брэдбери первым вскочил на ноги и, как обычно, достал пистолет.

В следующую секунду их ослепил свет фар. Большой пыльный фургон черного цвета приближался по одной из дорожек парка, из-под колес летели камешки. Развернувшись на сто восемьдесят градусов, машина резко остановилась. Ее задние двери распахнулись, и коренастый человек в черной одежде взмахом руки предложил квартету присоединиться к нему.

Едва они успели забраться внутрь, машина резко тронулась с места.

Внутри фургон был напичкан компьютерным оборудованием. Тускло светились работающие мониторы и огоньки жестких дисков. Четыре вращающихся кресла были привинчены к полу. Иона забирался в фургон последним, и места ему не хватило, поэтому он вынужден был устроиться на корточках между креслами.

– Извините за опоздание, – извинился мужчина. Ему было около двадцати. Сначала он показался Ионе старше из-за щетины на лице.

– Что стряслось, Дмитрий? – спросил Аксель.

– Андрей заметил за нами слежку. Пришлось убедиться, что мы избавились от хвоста, прежде чем приехать на встречу к вам.

Андреем, по-видимому, звали водителя. Иона мог видеть его профиль. Он был старше, крупнее и носил густую черную бороду. Мужчина был полностью сосредоточен на дороге и ни разу не обернулся при звуке своего имени. Они выехали из парка и повернули на юг.

– Шпионы Миллениалов? – спросил Брэдбери.

– Думаю, нет. У нас есть и свои враги, да?

Дмитрий обернулся к Сэм и представился ей, поцеловав руку. Акселя и Брэдбери он, похоже, уже знал, а Иону проигнорировал. Брэдбери спросил, все ли готово; Дмитрий ответил утвердительно. Самолет ожидал Стражей в частном аэропорту, в двадцати километрах от города.

– Для чего все это оборудование? – спросил Иона. – Чем вы здесь занимаетесь?

– У Дмитрия вещательная сеть, – ответил Аксель. – Как идут дела, Дмитрий?

– Опасный бизнес, но доходный, – объяснил Дмитрий. – Игра Люка Векслера выходит через несколько месяцев. «Зомби 4». Это будет очень удачно для нас.

– Вещание? – переспросил Иона.

– Да, – ответил Дмитрий. – Многие транспортные средства, подобные этому, имеют связь со спутником и, перемещаясь, постоянно загружают информацию в Метасферу. Круглые сутки.

– Вы имеете в виду пиратский контент, – догадался Иона. – Вы пираты, так ведь?

– Мы делаем информацию, культуру, новые идеи доступными для всех, – ответил Дмитрий, – а не только для буржуев.

– Можете называть это, как угодно, – запротестовал Иона, – но это все равно воровство.

Дмитрий нахмурился:

– Я думаю, наша философия не так уж отличается от вашей. Ты ведь Страж, да? Значит, ты хочешь, чтобы Метасфера стала свободной?

– Так и есть, – ответил Брэдбери, бросив на Иону негодующий взгляд, значение которого, как всегда, не вызывало сомнений. Иона предпочел внять немому предупреждению Брэдбери и замолчал, однако никак не мог перестать думать о том, что такая «свобода» все же должна кем-то ограничиваться.

Уже во второй раз за последние дни он почувствовал, что ему очень некомфортно с союзниками его друзей, Стражей.