— Уезжаешь? Куда? — спросила я, следя за тем, как он крутит ручку и веревка наматывается, ложась, слой за слоем на деревянную колоду.

— У меня здесь, недалеко от поселения свое небольшое имение, — сказал Инне и наполнил второе ведро, — Так что я буду часто заходить в гости.

Он взял ведра в руки.

— Пойдем, я донесу их тебе до дома.

Я поблагодарила его, следуя позади и невольно глазея на широкую спину кормчего.

— С тобой все в порядке? — спросил он, когда мы вернулись к дому.

— Думаю, да, — кивнула я в ответ. Кажется, я поняла, почему он интересовался моим состоянием. Для всех вчера, наверное, было очевидным то, что Трор позовет меня в свои покои. В глазах Инне я прочитала понимание и толику сочувствия.

— Я хотел выкупить тебя у Трора, — внезапно произнес Инне и глаза его продолжили то, что не произнесли губы. Я поняла, что молодой воин получил отказ.

— Спасибо за попытку, — сказала я тихо и перевела взгляд на море, где увидела качающиеся на волнах корабли. Вчера их здесь не было, на приколе стояли только ладьи вождя. Эти — были чужими. Значит, кто-то приплыл ночью, подумала я и теперь догадалась, куда от меня ушел Трор. Он встречался с прибывшими на этих судах людьми.

— Инне, чьи это корабли? — спросила я, кивая на водную гладь, распростертую где-то далеко за спиной кормчего. Мужчина обернулся и посмотрел назад. Затем произнес:

— Ни у кого из наших знакомых нет подобных парусов. Я не знаю эти корабли и тех, кому они принадлежат.

— Ты так уверен? — уточнила я, но сразу же осеклась. Конечно же, Инне прекрасно разбирался в том, что касалось судоходства. Мне не стоило ставить под сомнение его слова.

Инне протянул мне тяжелые ведра.

— Возвращайся обратно на кухню, — сказал он, — Насколько я знаю, Морна не любит нерасторопных.

Я еще раз поблагодарила его за помощь и взяла ведра.

— Тяжелые, — подумала я и мне отчего-то стало горько. Теперь, с уходом Инне в этом доме для меня не останется ни одного приветливого лица.

Инне помог открыть мне двери и, закрыв за мной, остался во дворе, а я поспешила на кухню, стараясь не расплескать воду.

Тесто было готово. Я оставила его на попечение кухарки, а сама, вместе с двумя девушками, поспешила в большой зал, прислуживать за завтраком хозяину и его гостям. Морна сказала, что Трор сам велел ей, чтобы именно я сегодня была приставлена к столам.

— Наверное, ты понравилась ему, — Морна подмигнула мне, намекая на ночь, проведенную в хозяйских покоях. Я отчаянно покраснела, понимая, что весть об этом разлетелась уже по всему поместью. Фэй насмешливо косилась на меня, шагая рядом по коридору, но молчала, хотя весь ее вид свидетельствовал о том, что она злорадствует по этому поводу, ведь я совсем недавно с такой уверенностью убеждала ее в том, что не вызываю у Трора ни малейшего интереса.

Первая из девушек, идущая передо мной с пустыми тарелками в руках, толкнула двери, и мы вереницей прошли в Большой зал. Я старательно смотрела перед собой, глядя лишь на стол, куда поспешила поставить тяжелое блюдо, наполненное кашей и мясом, видя вокруг чьи-то руки и туловища. Где-то во главе стола сидел и Трор. Рядом с ним вероятно, его мать, сестра и самые приближенные воины из дружинников. Я не хотела видеть их лица, а особенно его лицо, которое напоминало мне о том, что я провела ночь в постели со своим врагом, хотя между нами, хвала Богам, ничего и не произошло. Но воспоминания все еще заставляли мое лицо заливаться краской.

Я развернулась, чтобы выйти из зала, как вдруг услышала до боли знакомый голос. Меня назвали по имени. Голос Сигурда. Я сначала остановилась, затем нерешительно подняла голову и повернулась назад, блуждающим, даже каким-то жадным взглядом скользя по мужчинам, сидящим за столом, и тут я увидела его.

Сигурд вскочил со скамьи. Он взволнованно смотрел мне в глаза и спустя короткий миг, пока мы смотрели друг на друга, он бросился ко мне, а я только и смогла, что упасть на его руки и зарыться лицом в его тунику, спрятавшись от всего мира в этом самом надежном для меня месте.

— Ты пришел?! — я произнесла эти слова не верящим голосом, все еще сомневаясь, что это он, но его руки с силой обнимали мое тело, а теплое дыхание коснулось щеки, когда он склонил ко мне свое лицо. Такой же, как и тогда, в поместье отца. Родной и любимый. Сердце на мгновение остановилось и затем снова забилось с каким-то ожесточением.

— Я не мог не прийти, — ответил Сигурд.

— Ты заберешь меня отсюда? — я, наконец, подняла свое лицо и стала разглядывать любимые черты, впитывая их с такой жадностью, словно боялась, что уже не увижу их вновь. Люди, окружавшие нас, все исчезло на тот короткий миг счастья, когда я тонула в его глазах, чувствуя, как во мне жаркой волной поднимается счастье, а в сердце разгорается опаляющее пламя любви. И тут все исчезло за какую-то долю секунды, когда чья-то грубая рука оторвала меня от Сигурда, почти вырвав из его объятий. Я возмущенно вскрикнула, таким образом, выражая протест, затем взглянула на того, кто сейчас держал меня за локоть и словно очнулась.

— Никто тебя от меня не заберет, — это был Трор. Мой хозяин, мой ненавистный враг. Сигурд смотрел на меня. Его глаза говорили мне, что он сделает все, что в его силах, чтобы мы снова были вместе, и я поверила этому взгляду. Трор еще сильнее сжал свои пальцы. Я вскрикнула от боли. Казалось еще немного и он сломает мою руку и сделает это с явным удовольствием.

— Отпусти ее руку, — Сигурд шагнул на Трора. Его глаза угрожающе сверкнули, — Ты делаешь ей больно!

Трор засмеялся.

— Ну и что? — сказал он, — Эта девка — всего лишь рабыня. МОЯ рабыня, — он сделал ударение на слове Моя и продолжил, выдержав паузу, — Я волен делать с ней все, что угодно.