Вера Викторовна, когда услышала, что Петр, это шофер Первого Секретаря Крайкома, то сразу стала очень нежной и ласковой. Она быстро поставила на стол разные угощения и утренние пироги с капустой. Петр кушал, а она все подвигала поближе разные тарелки с едой.

– Вера, Вера! – Соседка Матвееха, еще не зайдя в дом, начала кричать со двора. – Ой, а у вас гости! – Улыбаясь, она сразу показала всю свою женскую обаятельность новому гостю Веры Викторовны.

– Здрасти! – Матвееха задержала взгляд на Петре. – Ой, и ты Галя нашлась! А мы тут все и не знаем, что и думать. А ты вон, какого молодого человека себе нашла. А что, сама молодая еще, надо жить и не тужить. – Матвееха сразу начала разговор о том, о чем всегда хотелось говорить. Нинка Матвеева, была первой сплетницей на деревне. Она всегда и все про всех знала. Самой-то ей было далеко за тридцать. И детей у нее не было. А муж, Сашка Матвеев в прошлом году, как уплыл за облепихой по осени, так его больше ни кто и не видел. Говорят, утонул, да вот утопленного никто не нашел пока. Катунь река сильная и большая. Много народу в ней сгинуло. Кого нашли, а большую часть утопленников, только рыбы и видели. Но Нинка, не стала долго переживать и ходить в трауре. Другие поговаривали, что она его запилила, и он махнул на лодке на ту сторону в Шульгинку и или в Кокши, и там нашел себе какую то зазнобу и живет с ней припеваючи. А Нинка теперь, как завидит незнакомого мужика, так вся наизнанку выворачивается перед ним. Любого незнакомца хоть сейчас готова в кровать уложить. Знающие мужики поговаривали, что у нее какое-то в этом деле бешенство.

– Нинка! А ну, прекрати совать нос куда попало. Говори, зачем пришла? А если языком потрепать, то можешь сразу разворачиваться и обратно домой. – Вера Викторовна, зная, как Нинка может разнести сор по деревне, быстро изменила тон и предупредила ее.

– Ой, Вера! А что тут такого? И вправду, дело-то молодое. Когда еще Диму то выпустят? Да и выпустят ли вообще? А жить-то сегодня надо. Вот и правильно Галочка. И пусть люди говорят, что хотят. – Она как будто не слушала Веру Викторовну. И ее понесло сразу. Нинка давно выработала свою тактику отбивать хороших мужиков от других, она знала, что после ее разговора, они обязательно поругаются, и она может потом своей болтливостью, пригласить мужичка к себе. А здесь такой обаятельный красавец, да еще на такой красивой машине. Тут Нинка ни как не могла пропустить такого варианта.

– А ну пошла отсюда вон! – Вера Викторовна встала из-за стола и, не предлагая Нинке присесть, сразу же выгнала ее из дому. – Ах ты, шалава! Еще не успела своего похоронить, а уже прыгаешь, как сучка по кобелям. И чтоб духу твоего здесь больше не было. – Вера Викторовна, сняла с плеча полотенце и, свернув его вдвое, несколько раз протянула Нинке вдоль спины.

Нинка заверещала как резаная свинья, и пулей выскочила из дома. А Вера Викторовна, шлепая ее полотенцем, гнала до самой калитки, приговаривая, чтобы она больше свой нос даже близко к воротам не показывала. Вера Викторовна итак знала, что завтра вся деревня будет говорить про то, что ее Галя нашла себе нового мужика. А ведь эта страшная сплетня запросто может долететь и до Димки Дымова, хоть он находится в тюрьме. Выпущенное слово, оно ведь не птица и не ракета. Его не остановишь и не поймаешь. Поэтому, Вера Викторовна понимала, что возможно за этим придет еще одна большая беда. А вот теперь нужно было делать то, чтобы этой беды не случилось. Она быстро вернулась домой и увидела, что Галя и Петр заразительно смеются. Даже маленькая Аленка, сидя на руках у матери, тоже не понимая, что происходит, весело улыбается своей маме.

– Вы уж извините нас Петр! Не знаю как Вас по батюшке. – Начала Вера Викторовна. – Вот ведь как бывает, сами видели. Да чего вам рассказывать и объяснять. Спасибо Вам огромное, что доставили мою дочь домой, а вам еще далеко ехать назад. – Вера Викторовна дала понять Петру, что надо возвращаться обратно. Петр был сообразительный и все понимал. Да и так ему не нужно было задерживаться, и он быстро встал и распрощался с хозяевами.

– Ну, спасибо огромное, за обед, за чай и за гостеприимство! Я думаю, что у вас все будет хорошо. Товарищ Петухов Вам обязательно поможет и разберется. Я его хорошо знаю, и он всегда держит свое слово. – С этими словами Петр попрощался и спешно уехал в Барнаул.

Галя каждый день ждала весточки от Димки или хотя бы от кого другого. Она каждое утро заглядывала в почтовый ящик, перед тем, как поехать на учебу. А то и быстро добегала до почты и там справлялась о письме. Но, к сожалению, все почтальоны крутили в разные стороны головой и никто и ничего не знал. Она по нескольку раз звонила и ездила к адвокату, но он всегда отвечал одно и тоже – что отправил кассационную жалобу, а ответа пока нет.

Галя вновь начала впадать в себя и замыкаться. Ей снова не хотелось никого видеть и слышать. Она пыталась успокоить себя, читая по ночам стихи Пушкина, и все больше налегала на учебу.

Осень, как-то быстро превратилась в холодную зиму и уже на седьмое ноября стояли жгучие морозы. Днем по всей деревне слышались громкие визжания свиней. Сельчане начли с первыми морозами к празднику заготавливать мясо, а температура ночью опускалась за двадцать градусов ниже нуля.

Галя еще с вечера знала, что завтра выходной и никуда ехать не нужно, всю ночь готовила контрольные работы, а под утро дочитывала очередной томик Пушкина. Она уснула уже под самое утро, так и не выключив настольную лампу. В эту ночь Вера Викторовна, почувствовав, что на улице сильно похолодало, побольше подбросила угля в печку и тоже легла спать за полночь. Ночь оказалась безоблачной, и мороз опустился далеко за тридцать, когда все готовились отмечать очередной праздник Дня Великой Октябрьской Социалистической Революции. Уже под самое утро на Бийской ТЭЦ замерз уголь, и подача его прекратилась. От этого свет по всему городу и по близлежащим районам выключился, и все населенные пункты под утро провалились в полный мрак.

Глухой стук в дверь, напугал спящую Веру Викторовну. Она соскочила с кровати и щелкнула выключатель настольной лампы. Лампочка не зажглась, и она в потемках прошла на кухню и, взяв над печкой коробок спичек, зажгла свечку. Пристроив ее в пол-литровую стеклянную банку, она накинула фуфайку и вышла в сени.

– Кто там? – Негромко спросила она.

– Галина Дымова здесь проживает? – Спросил мужской голос за дверью.

– Галя Дымова проживает у себя на квартире, но сейчас она здесь спит с дочкой. А вам она для чего? – Поинтересовалась Вера Викторовна, запахиваясь поглубже в фуфайку.

– Откройте, пожалуйста, у меня для нее сообщение! – Прозвучал голос за дверью.

Вера Викторовна, поняв, что что-то случилось, не стала задавать не нужных вопросов, открыла дверь и впустила человека. Она и сама не очень хотела мерзнуть на морозе, а сразу проводила его в дом.

– Проходите, проходите. У нас почему-то отключили свет. – Она остановилась в коридоре и поднесла поближе свечку.

Мужчина сделал шаг ей на встречу и остановился, закрыв за собой дверь.

– Ой! – Вдруг вскликнула Вера Викторовна, когда свет от свечи осветил лицо мужчины.