Как только Димкина Кассационная жалоба поступила в Краевой суд, ее там быстро рассмотрели и отменили приговор Бийского суда. И Димку сразу выпустили на свободу в преддверии большого праздника. Его даже не исключили из членов Партии. Поэтому, Петухов сдержал свое слово и сделал так, чтобы Димку освободили. А Димка совершенно не знал об этом. Он не знал, что Галя сама ездила к Петухову и слезно просила за него. Он думал, что справедливость восторжествовала, и его посадили по ошибке, а теперь отпустили. О том, что Галя ездила к Петухову, Димка, конечно же, узнал, но много лет спустя.

Вечером того же дня, дома у родителей, Димка выпив немного водки за освобождение и за праздник, начал громко разговаривать, о том, что они не правы и еще много ненужных слов произносить в сторону властей. Но Николай Григорьевич, зная ситуацию не понаслышке, быстро усадил его на место и сказал Димке, чтобы он почаще держал язык за зубами. Мол, так проживешь дольше и повидаешь больше. А один в поле не воин. Николай Григорьевич, по своей судьбе знал, как бывает тяжело, когда начинаешь поворачиваться против власти. Его отец, дед, мать и брат, все погибли от этого. От этих репрессий и он сам чуть не умер еще в детстве. А вот теперь неудача перепрыгнула на его Димку. А он так не хотел, чтобы с Димкой повторялось то же самое, что и с ними в далекие тридцатые годы.

Димка был на радость понятливый и сразу сообразил суть дела. Сразу после праздника, он пришел к директору Совхоза Горину и попросился работать на грузовую машину. Горин понял его и не отказал. После этого случая, Димка круто изменился и начал новую жизнь. Он начал работать для семьи и растить свою любимую Аленку. Разговаривал мало и то только по делу. А Галя его уговорила, на следующий год поступать учиться в институт, на заочное отделение. Димка, конечно, сначала отнекивался и не хотел снова садиться за учебники. Но Галя была настойчивой и уговорила его. Еще за долго до поступления, Димка уже взял у своей жены репетиторство и готовился к сдаче экзаменов. Конечно же, все это ему давалось очень трудно, так, как он и в школе то последние два года проходил с одним дневником и общей тетрадью. Но когда пошел сдавать экзамены, то сразу заходил первый и, взяв билет, отвечал без подготовки. Он знал, что первому всегда бал завышают. А уж потом если ты будешь говорить не правильно, то сами же учителя тебе помогут. Вот он именно так и сдал экзамены за десятый класс и получил аттестат о среднем образовании. Он думал, что теперь все, больше ни какой учебы и ни каких оценок. Но оказывается, что настоящая жизнь только начинается после школы и судьба неминуемо преподносит тебе много разных задач. А чтобы эти задачи решать, нужно обязательно учиться.

Марина посмотрела на часы, и ахнула. Время показывало, что обед уже давно начался, а она заработалась с бумагами и отчетами в своем кабинете. Собрав быстро все документы в папки, она убрала их в стол. Потеплее замотав шаль на голове, она одела пальто с большим лисьим воротником. Сняла туфли и, надев валенки, быстро вышла из конторы и спешно пошла в магазин. До нового года оставалось всего три дня, и надо было успеть купить все необходимое, чтобы всем вместе встретить новогодний праздник. А еще сегодня вечером, общее совхозное собрание в сельском клубе. Поэтому времени ни на что не хватало. Хоть морозы немного отпустили, и под Новый год навалило снегу, больше чем обычно, все равно было жутко холодно. Она прикрыв лицо вязаной рукавицей, быстрым шагом дошла до магазина и, постучав валенками друг о друга, зашла в сельмаг. Народ уже в полную силу готовился к празднику и рабкооп, пытался, как можно больше завезти продуктов и товаров народного потребления. Уже несколько дней, очередь за продуктами стояла нескончаемым потоком.

Марина Петрикова зашла в магазин и по привычке начала искать в толпе секретаршу Нину. Она просила занять ей очередь. Покрутив головой, она все же нашла Нину и начала продвигаться к ней сквозь стоящих в очереди людей.

– Нина! Я здесь! – Замахала рукавицей Петрикова.

– Давай Марина, пробирайся ко мне. Я на тебя заняла очередь. – Она немного попыталась растолкать в сторону скопившихся у прилавка людей. Марина поднатужившись, кое-как добралась до Нины.

– Фу! Ну и очередь. А что там сегодня дают? – Поинтересовалась она.

– Да вон Апельсины привезли. Конфеты шоколадные. Селедку иваси в банках и шербет. – Нина как на духу выпалила, что знала. Очередь медленно продвигалась, и народ начинал волноваться, что кому-то как всегда, чего-то не достанется. В основном конторские получали продукты с заднего двора. Но это только для главных специалистов. А простые работники отоваривались в общей очереди. Народ все подходил и подходил. Марина посмотрела на часы. Ей было понятно, что она за время обеда не успеет отовариться и она уже начала волноваться.

Входная дверь снова сильно хлопнула и в сельмаг вошла Настя Миронова. Все сразу обернулись и начали с ней здороваться. По распоряжению директора, ей было разрешено, как орденоносцу, отовариваться без очереди. Настя, посмотрев на толпу, пошла напропалую к прилавку, расталкивая народ. А народ все ровно начал возмущаться и шуметь. Марина посмотрела на Миронову и выдохнула.

– Эх, везет же людям. Приходят, покупают все без очереди. А ты тут стоишь и ни чего не успеваешь.

– Так ты не стой! – Раздался голос женщины сзади. – Ты же жена управляющего! А его женщины все без очереди отовариваются. Да еще и ордена носят. – Громко на весь магазин засмеялась женщина сзади нее в очереди.

Марину охватил какой-то ужас. Она сначала не поняла в чем дело и даже повернулась и переспросила.

– Какие женщины? Я вроде у Петрикова одна жена? – Поинтересовалась Марина. Она думала, что женщина говорит про всех доярок, которые выполняют план по сдачи молока.

– Ты что, тупая что ли? – Снова засмеялась женщина. – Я тебе русским языком говорю. Кто с ним спит, тот и ордена носит. – Снова звонко и заразительно захохотала она. Вдруг ее смех подхватил весь магазин. И громкая волна противного смеха пронеслась по всему залу.