Ибен был почти уверен, что им все равно ничего не удастся. Но все же это был их единственный шанс на спасение — попытаться открыть замок на наручниках Бесси с помощью старомодной заколки.

Уиллин и Джадд уехали только с наступлением темноты. После того как сюда наведался этот тип насчет покупки дома, они явно не хотели, чтобы кто-то мог заглянуть в дом через окно и заметить что-либо подозрительное. Поэтому, уезжая обедать, они даже и слышать не захотели о том, чтобы оставить пленникам включенный телевизор. Более того, они плотно закрыли ставнями абсолютно все окна.

Раз за разом Ибен пытался с помощью заколки открыть замок наручников на руках Бесси. Ничего не получалось. Он погнул первую заколку, достал следующую, которая вскоре тоже сломалась.

— Они просто не подходят для этого дела, — бормотал он в отчаянии. Но потерявшими чувствительность пальцами он все равно продолжал пробовать и пробовать. Он прекрасно знал, что через пару дней у них не останется никакого шанса выжить. К пятнице их, вероятно, уже не будет в живых.

Несколько раз он промахивался заколкой, и та сильно впивалась в ладонь Бесси.

— Извини меня, Бесси, — говорил он в таких случаях.

— Ничего страшного, — отвечала она, — мы ведь с тобой одна команда.

Ибен вспомнил о тысячах замков часов и браслетов, которые он открыл в своей жизни. Ему даже стало интересно, почему же именно сейчас, когда ему во что бы то ни стало надо открыть один-единственный замок, у него ничего не получается.

Пальцы его начали ныть, и он вынужден был прекратить свои попытки. Они оба так и остались неподвижно лежать в темноте, каждый занятый своими собственными мыслями. Они даже поспали немного, но тут Ибен проснулся и резко двинул руками.

— Дай-ка я попробую еще раз, Бесси, — сказал он.

— Давай, пробуй, — устало ответила она и позволила ему достать еще одну заколку из своих волос.

Поначалу все опять шло точно так же, как со всеми остальными заколками, но Ибен продолжал свои усилия. И вот, когда ему показалось, что он почувствовал движение замки и услышал его щелчок, тишину ночи нарушил шум автомобиля, подъезжавшего к дому.

— Проклятье, — пробормотал Ибен. — Мне показалось, что у меня все получилось.

— Спрячь куда-нибудь заколки, — быстро сказала Бесси. — Мы сможем попробовать опять завтра.

— Я сейчас запихну их в свой задний карман.

Они торопливо обыскали матрас в поисках остальных заколок, и Ибен быстро засунул их все в карман брюк.

Распахнулась задняя дверь дома.

— Я проверю, как они там, — сказала Уиллин.

Она пересекла гостиную и рывком открыла дверь в спальню, которая и так была лишь прикрыта. Потом резким движением включила свет и вошла внутрь.

— Наступило время сходить в туалет, — объявила она и подняла одеяло, чтобы отвязать от кровати ноги Бесси. — Иди-ка сюда, Джадд, — крикнула она, — помоги мне с этим. — Тут она вдруг помедлила и добавила: — А почему это одеяло все такое скомканное? Уж не валяли вы тут вдвоем дурака, а? Вероятно, именно поэтому у тебя, Бесси, волосы в таком беспорядке. — Уиллин громко захохотала.

Она продолжала хохотать, когда пришел Джадд и отвязал ноги Ибена. Замолчала она лишь тогда, когда Ибен поднялся с кровати и из его кармана на пол с громким звяканьем вывалилась одна из заколок Бесси.

Джадд поднял заколку и поднес поближе к глазам, чтобы как следует изучить ее.

— Так вот вы тут чем занимались! — заорала Уиллин. Она повернула Бесси и принялась исследовать ее слегка поцарапанные наручники. — Посмотри-ка на это, Джадд! — продолжала вопить она. — Эти двое действительно тут вовсю занимались глупостями!

— Ибен, ты уж извини, но теперь я просто вынужден тебя как следует обыскать, — резким тоном произнес Джадд. Секунду спустя он достал из заднего кармана брюк Ибена целую горсть заколок.

— Придется мне устроить вам, дамочка, совершенно иную прическу, — заявила Уиллин, резкими движениями выдергивая из волос Бесси все оставшиеся там заколки.

После каждой потерянной заколки волосы Бесси падали ей на плечи.

— Должна тебе кое-что сказать, Джадд. Мы отсюда никуда больше не будем уезжать вплоть до завтрашнего вечера, когда у нас все уже будет упаковано и готово к делу. Еще не хватало, чтобы обнаружилась какая-то связь между тем парнем, что к нам сюда совался на днях, и этой парочкой… Слава Богу, завтра у нас тут последний день.

«Неужели это будет и наш с Бесси последний день? — подумал Ибен. — Не могу в это поверить». Та же мысль металась и в голове Бесси, обретшей совершенно иной вид.

В девять часов утра следующего дня Риган присела на своей кровати. В одной руке у нее была чашка с кофе, в другой — телефонная трубка. Она только что набрала номер магазина «Мишмэш».

— «Мишмэш» слушает, — ответил невыразительный женский голос. Женщина к тому же еще говорила, так сказать, «в нос».