— Не знаю, — пробурчал Павел, разжевывая хлеб. — Но я его часто здесь вижу. Может, наблюдает за кем.

— А другие? Тоже его видели?

— Кто другие? Другие ночью в лес не ходят, да. Это мне нужно травки собирать, коренья. Людям помогать.

— И не страшно тебе в лесу-то ночью? Вдруг зверя встретишь или человека…

— Зверя я не боюсь, — Паша налил еще по стакану. — А человек больше не бывает в тех лесах. С тех пор, как…

Внезапно он замер, неестественно запрокинув голову; стакан завис в воздухе на полпути от стола ко рту. Мой собутыльник, казалось, весь обратился в слух. Взгляд его расфокусировался, руки задрожали, и я решил, что сейчас он вырубится. Не рановато ли? Напротив стола висело зеркало, и, взглянув в него, я увидел собственное пьяное лицо, исполненное нетерпения услышать нечто важное.

— С тех пор, как… что? — максимально невинным тоном поинтересовался я в надежде на окончание фразы.

— Да не живет там никто теперь, — отмахнулся Паша, приходя в себя. — Старики только и жили, да почти все поумирали. Время идет, да…

— Подожди, — перебил я. — Ладно, никто не живет, но ты сказал: никто не бывает. То есть, в лес не ходят. Почему?

Павел посмотрел мне прямо в глаза. Зрачки его были темные, расширенные — я невольно отвел взгляд.

— Сила там живет, — проговорил он. — Темная. Мы ее хозяином леса называем.

— Хозяин леса? — фыркнул я. — Ты сам-то его видел, этого хозяина.

— Я не видел. Но люди знающие рассказывают. Мне наставник мой говорил…

— Веня, что ли? — брякнул я, не подумав.

— Веня? — взгляд Павла пронзил меня, словно рентгеновские лучи. — Ну да, Веня и рассказывал. А ты откуда его знаешь?

Блин… Попадалово.

— Так друг мне про него говорил, — нашелся я после секундной заминки. — Они знакомы были, отдаленно, по каким-то делам в Себеже. Веня — он ведь заметная личность.

— А, ну понятно, — мне показалось, или мой ответ совсем не убедил его? — Смотрю, у тебя много друзей, это хорошо. А хозяина леса побаиваются тут, детей одних в лес не пускают.

Мы выпили еще.

— А что он хоть представляет собой, этот хозяин? — продолжил допытываться я.

— Никто не знает, — Павел поднялся и зажег свет. Я про себя отметил, что на ногах он держится твердо, хотя выпил больше меня. Да, опыт не пропьешь. Особенно если опыт застольный. — Но точно, что он может увести далеко в лес, так далеко, что обратно уже не вернешься.

— Хм… — я более-менее представлял себе местную географию: лесные пространства тут, конечно весьма значительны: километры и километры. Но, все же, это не тайга. Трудно поверить, чтобы можно было заплутать настолько, чтобы совсем пропасть. В лесу встречаются деревни, пусть заброшенные, но от них ведут вполне себе функционирующие дороги и тропы. Местами можно встретить линии электропередач. Опять же, единого лесного массива, как такового, в здешнем регионе нет, он разграничен на части трассами и водоемами. А значит, что-то этот Пашка мне загоняет… Пугает? Или он имеет в виду зверей?

— Не веришь мне?

— Не верю. Как и во все эти паранормальные штуки. Но места у вас и вправду занятные, будет повод — обязательно еще приеду. А сейчас мне, наверное, пора.

Да, пока еще хоть как-то могу соображать, надо сваливать. Тем более, вряд ли я услышу еще что-нибудь полезное.

— Уходишь? — Павлу такая идея, кажется, пришлась не по душе.

— Ну а что? Бабушкин подарок мы приговорили. Посидели знатно, что и говорить (бедная моя печень, хорошо хоть закусывали, и водка, вроде, не паленая). Спасибо тебе, давненько таких душевных собеседников не встречал. Правда, на автобус я, кажется, опоздал…

— Ну, посиди еще часок, хорошо же сидим, — Паша подошел к серванту и достал еще бутылку. Я невольно охнул.

Что мне оставалось, кроме как остаться? Прошу прощения за каламбур. Когда я в следующий раз посмотрел в окно, на дворе стояла уже такая темень, что хоть глаз выколи. Все это время мы сидели и разговаривали о самых разных вещах: о политике, о спорте, об НЛО, еще о чем-то… Я уже и не помню. Хороший он, все-таки, парень…

— Т-так… Ладно, х-хватит бухать. Я п-пойду… п-пойду… домой.

Но стоило подняться из-за стола, как ноги предательски подкосились (а чего ты ожидал, Филя?), и я рухнул бы на пол, не подхвати меня Пашка. Он все также уверенно стоял на своих двоих, как и раньше. Поразительно. Но тут я заметил, что он обхлопывает мои карманы.

— Эй, ты чего? — удивился я.

— А у тебя, это… Телефона нет? Позвонить хотел, такси тебе вызвать.

— Не, телефона нету… — ответил я, поблагодарив небеса за собственную предусмотрительность. Телефон остался дома.