Шрифт:
Около столов Иван остановился Аказ подошел, взял коня под уздцы, протянул царю правую руку. Иван оперся на нее, легко спрыгнул на землю. К нему подошли Янгин и Топейка, поклонились низко.
— Сегодня я и друг мой Топейка свадьбы играем,— сказал Янгин,— просим тебя великим и дорогим гостем на нашей свадьбе быть...
— Не мы одни тебя за стол зовем.— добавил Топейка,— весь народ угощать тебя хочет.
— Благодарствую, Янгин. И тебе спасибо. С радостью выпью за ваше счастье. Воеводы, князья и бояре, прошу за стол-
Царь подошел к своему месту, отстегнул саблю, передал Салтыкову, тот положил ее на вытянутые руки оруженосца. Сняли свои сабли и передали стоявшим сзади воинам и другие воеводы.
— Аказ,— произнес царь,— бери супружницу да садись рядом со мной.
Аказ взял Эрви за руку, подвел к царю:
— Вот моя жена.
Иван с любопытством оглядел Эрви с головы до ног. потом перевел взгляд на левую руку хозяйки и задержал его там на мгновение. Эрви, как от огня, отдернула руку и побледнела. В предпраздничной суете Эрви совсем забыла о поручении мурзы и даже не успела снять перстень с руки. Теперь она вспомнила о нем, и страшный испуг овладел ею. Она задрожала и спряталась за мужа.
— Да ты не бойся,— добродушно сказал Иван,— я не кусаюсь. Садись рядом со мной.
Эрви села на скамью рядом с креслом царя, спрятала руки под стол, сдернула перстень и, бросив его на влажную землю, сильно вдавила носком сапога.
Янгин, Овати, Топейка и Айвика сидели против царя за вторым столом. Вокруг по всей поляне прямо на траве расселись воины царского и горного полков, черемисы и чуваши, прибывшие на праздник. По знаку Аказа все стали наливать пиво, вино, брагу. Заплясали чтрки, туесочки, ушаты, деревянные ковши.
Воевода Старицкий по праву старшего поднялся первым, взял чарку, сказал:
— Первую чашу — за государя.
— Князь, погоди.— Иван тоже встал, поднял свою золотую чарку.—Обычаев русских забывать не след. Сперва поздравить надо женихов с невестами, гостей — потом.
Подняв чарку над головой, Иван громко сказал:
— Воины! Люди! Давайте выпьем за счастье Янгина с его молодой женой, за счастье Топейки и за счастье всех моих друзей!
— Да будут счастливы!
— Пусть радостно живут!
Иван выпил чарку, опрокинул ее вверх дном, и все воеводы по примеру царя выпили до дна.
Иван подозвал пальцем Салтыкова и шепнул ему:
— Пошли на те столы вин и хлебов всяких да марципанов побольше.
Салтыков согласно кивнул головой и отошел. Скоро стеклянные фляги с винами, большие серебряные кувшины появились на всех столах и на поляне. Слуги разносили гостям царские хлебы, перепечи, калачи и расписные пряники.
Чуть захмелевшая поляна сдержанно гудела.
— За славу государя великого выпьем! — крикнул князь Курбский.
— Не торопись, Андрюша,— тихо сказал царь,— меня в ином
прославишь месте, не ради этого мы здесь, пойми. Пусть чарки все нальют-
— Еще одну поднимем чашу! — Иван слегка захмелел, и голос его стал торжественнее и громче.— Прославим хозяина сей земли. Давайте выпьем за здоровье князя Аказа!
Воеводы попридержали чарки, недоуменно поглядывая друг
на друга.
— Нет, я не оговорился, воеводы! Милостью, данной мне от бога, дарую тебе, Аказ, титул князя! Так будь здоров, князь! Выпьем!
Над поляной взметнулись голоса приветствий, поздравлений.
Иван глянул на стольника, сказал:
— Ты что, обычая не знаешь? Где сабля?
— Нежданно, государь... Но я сей миг...
— Не суетись. Подай мою.
Салтыков взял у оруженосца царскую саблю, передал Ивану.
— Прими, князь, оружие — знак княжеского звания—и с. честью носи! — сказал он, передавая саблю Аказу.
Тот принял оружие, поцеловал холодную сталь.
— Многая» лета князю!
— Слава Аказу!
— Сла-а-ва-а!!! — кричали все.
Аказ поднял руку, призывая к тишине.
– - Народ моей земли! От вас от всех хочу я клятву дать великому царю, хочу сказать, что никогда эта сабля не поднимется на друга и будет разить только общих наших врагов. Она придаст нам силу и отвагу.
— Отваги у тебя и так немало. Хан Шигалей рассказывал мне о битве под Казанью. Ты там сражался храбро, бросался на врагов, как молодой барс.