– Я задержусь лишь на один момент, друг Есугей, ровно на столько, сколько нужно, чтобы приветствовать досточтимого хана должным образом.

Ответ оказался рассчитан точно; Есугей ответил на поклон поклоном и дружелюбной улыбкой. Получив, таким образом, заверения в согласии, Льешо повернулся к Харлолу, и вскоре все уже сидели верхом, готовые отправиться на встречу с ханом.

Как только гости собрались, Есугей быстро объяснил им требования гарнского протокола:

– Принцы Фибии должны приветствовать хана все вместе.

Говоря это, он жестом приказал Шокару и Балару встать по обе стороны от Льешо, а Льюке отвел место возле Балара. Затем, показав на вооруженный отряд, вождь добавил:

– Вооруженная гвардия подождет за стенами дворца, однако каждого высокопоставленного гостя может сопровождать слуга. Предлагаю, чтобы в этой роли выступили капитаны.

Каду идея оставить войска явно не понравилась, однако она быстро распределила капитанов. Бикси встал рядом с Шокаром, а Харлол – рядом с Баларом. Сама же она заняла место возле Льюки, которого сразу возмутило присутствие Маленького Братца. Обезьянка уже давно покинула общество музыканта и вернулась к хозяйке, так что теперь она ехала в сумке за спиной Каду.

Есугей внимательно взглянул на строй и нахмурился:

– Можно ли мне дать совет, молодой капитан?

Каду в знак согласия кивнула, и он продолжал:

– Хан ценит развлечения, как и всякий деловой человек, в подобающих случаях. Однако группа военных, явившаяся с намерением затеять в Гарнии войну, поводом для веселья считаться не может.

– Значит, музыкант должен остаться здесь, – согласилась девушка.

Однако вождя явно смущало что-то еще.

– Но существо, молодой капитан… – наконец осмелился выговорить он, хотя слова дались с трудом.

– А, вы имеете в виду Маленького Братца! Он способен пресечь кражу и прекрасно служит императорским курьером. Кроме того, я очень ценю его советы в делах особой важности.

Девушка с вызовом подняла бровь, но вождь отвел спор одним движением головы и заговорил о другом:

– А кто будет защищать вашего принца?

– За принцем Льешо присматривает мастер Ден, – ответила воительница, словно вопрос не вызывал никаких сомнений.

Мастер Ден услышал в этих словах руководство к действию и привычным жестом взял коня Льешо под уздцы, собираясь шагать рядом.

– Все как всегда, молодой принц.

Не как всегда. В Дарнэге, например, лукавый бог предпочел пойти за Шу. Но сейчас он был здесь, а император, несмотря ни на что, оказался жив, к чему, возможно, учитель тоже приложил руку.

Вождь бросил на стирщика скептический взгляд – ведь этот человек был единственным пешим. Но именно в этот миг между столь разными людьми промелькнула какая-то искра: только что пустое лицо мастера Дена осветилось плохо скрытой улыбкой, а гарнский вождь в ответ покачал головой.

– Ну а госпожа Карина, подруга нашего шамана, станет девятой. – Есугей явно отказывался считать Маленького Братца. – Девять – лучшее число для приветствия хана.

Полностью удовлетворенный и численностью, и расположением группы Есугей повел гостей по той самой широкой улице, которая образовалась за одну ночь. По пути встречались молодые и дерзкие гарнские всадники, однако вождь одним лишь знаком призывал их к порядку. Со всех сторон окруженный товарищами Льешо ехал спокойно, пока один из гарнов не нарушил строй, подъехав слишком близко. Со свистом и улюлюканьем он направил своего коня, пытаясь отрезать Льешо от группы. И тут одним стремительным движением, настолько быстрым, что никто даже не успел ничего сообразить, мастер Ден схватил хулигана за ногу и сбросил с коня. Зато все, вокруг заметили, как Маленький Братец выскочил из своей сумки и прыгнул прямо на грудь поверженного парня, осыпая его самыми страшными обезьяньими ругательствами.

Всадник, которого, как показалось окружающим, стащила с коня обезьяна в военной форме, вызвал дружный хохот гарнов, однако гнев в его глазах не сулил ничего хорошего. Льешо перебрал в уме возможные варианты собственной реакции на случившееся и не нашел ни одного подходящего. Вполне возможно, что, ранив или даже убив обидчика, он тут же обнаружит, что тот какой-нибудь любимый сын Есугея или родственник самого хана. Нет, не годится. А потому, обиженно подняв подбородок, Льешо обратился к вождю с предупреждением:

– Если твои дети намерены бросаться под моих лошадей, они рискуют погибнуть под копытами.

Губы вождя тронула снисходительная улыбка – ведь, что ни говори, обезьянка путешествовала в компании Льешо, – однако отражавшийся в глазах принца смертельный отсвет множества битв погасил ее.

Вот и правильно, подумал принц. Не принимай меня за того невинного младенца, каким я никогда и не был.

Заметив, что Есугей снова стал серьезным, он продолжил свое предупреждение: