Глаза моряка расширились. Он хотел было помотать головой, но вовремя остановился.

– Остынь, приятель. Уже уходим.

 Арвин отстранился, пряча кинжал. Матросы поспешили убраться прочь, выскочка с окровавленным носом бормотал проклятия.

Молодой человек некоторое время стоял в тишине, наблюдая за ночными гуляками, праздно шатающимися по дамбе, и задаваясь вопросом, мог ли кто-то из них скрывать под плащом магии оспины. Колкости моряков заставили его осознать одну простую истину – единственный способ обнаружить кого-то из обезображенных, это использовать обоняние, ориентируясь на кислый, болезненный запах. Однако, будучи окутанным вонью канализации, на успех можно было не рассчитывать.

Вздохнув, он зашагал в направлении бани.

Некоторое время спустя Арвин снова чувствовал себя человеком. Баня, круглое каменное помещение, где в горячем паре нежились посетители, пока рабы мылили и терли их мочалками, однозначно стоила потраченного времени. Кожа Арвина порозовела и благоухала мылом, и одетый в свежую одежду мужчина чувствовал, что теперь готов к любым трудностям.

Даже вновь спуститься в коллектор за Ноулгом.

Арвин вернулся к отправной точке, «Смертельной петле». Рассвет еще не наступил, и дела в таверне текли неторопливо и вяло. Большинство моряков, покачиваясь, возвращались на свои суда, чтобы выспаться после попойки. За столами сидело не больше десятка посетителей. Среди них мужчина узнал рыжеволосую юань-ти, зашедшую накануне вечером.

Женщина успела сменить платье на новое, сшитое из мерцающей зеленой ткани на пару оттенков светлее её чешуи. Она подняла голову, глядя на вошедшего в таверну Арвина. Молодой человек сомневался, что она узнает в нем одного из вчерашних посетителей – в бане он подстриг волосы. Но даже если бы локоны по-прежнему свисали до плеч, вряд ли юань-ти сумела бы его вспомнить. Приятная, но ничем не выдающаяся внешность Арвина прекрасно помогала растворяться в толпе и выглядеть «как все». Эта черта была весьма полезна в его роде деятельности, хотя то, что люди постоянно принимали его за другого, несколько раздражало.

Женщина продолжала смотреть на Арвина, и тот скрестил два пальца на правой руке, отведя ее чуть в сторону.

Гильдия?

Рыжеволосая юань-ти отвернулась, не ответив.

И тут Арвина осенило. Прошлой ночью женщина, казалось, высматривала кого-то в толпе. А если те люди похитили её друга? Не потому ли она вернулась в «Петлю»? Если это так, то возможно, она захочет подключиться к поискам Ноулга. По крайней мере, она могла заметить то, что ускользнуло от внимания молодого человека.

Арвин подошел к её столу, низко поклонился и замер, ожидая, когда женщина позволит ему распрямиться. Когда юань-ти сделала это, молодой человек одарил её одной из своих самых обаятельных улыбок и кивнул на стоявший напротив стул.

– Могу я к вам присоединиться?

В затылке появилось знакомое ощущение покалывания – добрый знак в ситуациях подобного рода. Женщина предложит присесть. Он был в этом уверен.

Юань-ти наклонила голову, словно к чему-то прислушиваясь – еще один хороший знак – но промолчала. На мгновение Арвин испугался, что она прогонит его прочь – её расе была свойственно пренебрежение к людям. Но женщина всё же кивнула и жестом предложила сесть. Её губы на миг тронула легкая улыбка, будто она видела в этом нечто забавное, но почти тут же исчезла.

Молодой человек сел.

– Вы были здесь прошлой ночью, – начал он.

Женщина выжидающе смотрела, не мигая. Но Арвин вырос в Хлондете и привык к взглядам юань-ти. Если она пыталась его смутить, то старалась напрасно.

– Помните человека, с которым я пил – в желтой рубашке?

Она кивнула.

– А женщина, что сидела на его коленях, проститутка, вы видели ее после?

– Рябая женщина? – голос был мягким и свистящим; как у всех юань-ти, в её акценте проскальзывало шипение.

Арвин приподнял брови.

– Вы заметили её язвы?

– Разглядела сквозь заклинание, которым она пыталась скрыть их, – ответила собеседница. – Я увидела её истинный облик, как только она шагнула в таверну.

Молодой мужчина был потрясен.

– Вы знали, что она больна? Почему же не сказали нам или не вызвали стражу?

Женщина пожала плечами медленным плавным движением.

– Не было причин для беспокойства. Чума изуродовала ей лицо и отступила, оставив лишь рубцы.

– Но её прикосновения…

– Безвредны, – перебила юань-ти. – Эти язвы – не более чем обычные шрамы. Вот если бы они были открыты и гноились, тогда другое дело.

– А слюна? – спросил Арвин.

Юань-ти вперилась в него взглядом.

– Ты её целовал?

– Мой друг целовал. Или скорее… – он вспомнил слизь, размазанную по его лбу. – Шлюха поцеловала его в лоб. Это могло заразить его чумой?

Арвин ждал ответа, затаив дыхание. Неужели он поборол яд только для того, чтобы погибнуть от смертельной болезни?