Арвин нервно облизнул губы.

– Однажды они заставили меня выпить из такой фляги, – сказал оно юань-ти. – Зелье не подействовало. Как видишь, я не превратился в…

– Молчать, – прошипел тот.

Женщина опустила флягу, приняв озадаченное выражение лица. Арвин понял, что ещё одно слово, и он развеет убеждение приверженцев Оспы о том, что во флягах содержится отрава или чума. Вопрос был в том, сколько теперь ему осталось жить. Он нервно облизнулся. Кинжал по-прежнему внутри перчатки. Шанс есть, хоть и мизерный – убить юань-ти, прежде чем одна из змеиных рук погрузит в его горло ядовитые клыки.

Змеерукий кивнул на Арвина.

– Этот человек опасен, – прошипел он. – Может, позволишь мне самому напоить его чумой? – он протянул свободную руку и змеиные челюсти распахнулись.

Культистка заколебалась.

– Наверно это жрец, который…

 Её взгляд смягчился и она протянула флягу.

Рука юань-ти выстрельнула в мгновение ока. Змеиные клыки вонзились в предплечье женщины, и её тело тут же напряглось. Дыхание остановилось, кожа побагровела, затем культистка завалилась на бок и рухнула, будто срубленное дерево.

Юань-ти подобрал флягу и уставился немигающим взглядом на Арвина.

– Ты наверно устал. Может, поспишь? – прошипел он. – Мне незачем причинять тебе вред. Ты нужен мне. Спи.

Веки Арвина стали закрываться. Он воспользовался лишь одной защитой, о которой смог вспомнить – Пустой разум, которому его научил Танджу – и вылил поток сознания наружу. Бесполезно. Приказ будто шел изнутри; никто не пытался оказать на него влияние из вне. Слова юань-ти звучали благоразумно, как ни крути. Арвин был в безопасности; и пока тот не станет его убивать. В конце концов, он так устал …

 Последние осколки сознания остались где-то позади, словно сброшенная змеиная кожа, и тяжелые веки закрылись.

Арвину снилось, будто он ползёт по полу собора меж многочисленных колонн, вырезанных в форме переплетающихся гадюк, одна из которых была головой вверх, другая – вниз. Колонны подпирали огромный сводчатый потолок из полупрозрачного зеленого камня, через который просачивался солнечный свет, из-за чего помещение напоминало тенистые джунгли. Сверху из фонтана, возвышающегося над куполом, через отверстия капала вода, дождём обрызгивая пол.

Впереди виднелся один из Змеиных монументов – гигантская бронзовая статуя бога в форме крылатой змеи. Тело его было украшенного россыпью изумрудов, из раскрытой пасти торчали два золотых клыка. У подножия статуи плясали язычки оранжево-красного пламени, символизируя нисхождение Ссета в недра Пламенных вершин.

Однажды Ссет восстанет из них снова.

Перед статуей, покачивая телами, молились другие юань-ти, завороженные прищуренным взглядом Ссета. Арвин подполз ближе и почувствовал исходившее от священного пламени приятное тепло. Свернувшись в клубок, он приподнял верхнюю часть туловища и принялся раскачиваться перед статуей вместе с остальными, раскрыв рот в тихом шёпоте. Когда на кончиках клыков скопились капли яда, он сделал резкий выпад, словно нанося атакующий удар, и выплюнул яд на поднос, стоявший перед статуей. Яд упал на раскалённый пламенем поднос и, зашипев, тут же испарился.

Услышав трение чешуек о камень рядом с ним, Арвин повернулся и увидел жреца, к которому он, собственно, сюда и пожаловал. Жрец в облике змеи был длинным и тонким, с зауженным носом, тело украшал узор из чередующихся чёрно-бело-красных колец. Часть сознания Арвина, которая принадлежала сама себе – та часть, что видела сон со стороны, словно зритель, наблюдающий за танцем и повторяющий движения в такт музыке – узнала в жреце того, кого он – не Зелия – в конце концов превратит в слабоумное существо. Однако это воспоминание должно было прийти лишь несколько месяцев спустя.

Жрец пощекотал языком воздух в приветственном жесте и сделал приглашающее движение.

– Сюда, – прошипел он.

Арвин последовал за ним в боковой коридор. Жрец привёл его в одну из обручальных комнат. На низком столе лежало тело существа – юань-ти-полукровки. Его голова имела форму змеи, кожу покрывали желто-зелёные чешуйки, а кончики ног напоминали скорее змеиный хвост, нежели человечью ступню. Существо было обнажено. Арвин рассмотрел, что множество костей на теле было сломано; белый осколок одной из них прорывал кожу в области пониже плеча. Левая половина лица была размозжена и напоминала смятое яйцо.

Над телом трудились двое юань-ти, обматывая его тело полосами бинтов. Оба были самцами и носили туники с гербом Экстаминосов на груди. Когда работа была закончена, получившийся свёрток напоминал яйцо, символ возвращения змеиного духа в клоаку Мирового змея.

– Оставьте нас, – приказал жрец.

Служители поклонились и покинули комнату. Жрец заполз на труп и поднял над ним тело. Арвин прополз вокруг стола на другую сторону. Он не знал умершего, хотя и понял, что перед ним младший двоюродный брат Леди Дедианы. Арвин окинул взглядом тело. Труп напоминал ему добычу, которую сначала сплющили а затем выплюнули, так как не смогли проглотить.