Когда маг опустил сосуд, его зрачки увеличились настолько, что, казалось, вытеснили всю радужку. Уставившись в точку где-то над головой Арвина, Хаззан нащупал кубок. Схватив его одной рукой, волшебник опустил в зелье кончик чрезмерно длинного ногтя на мизинце. А затем снова запел на том же мелодичном, ритмичном языке, который использовал прежде. Завершив заклинание, он замолчал. Губы мага шевелились в такт его мыслям.

Внезапно его зрачки стали нормального размера. Волшебник вынул ноготь из жидкости и состриг его кончик ножницами, позволив обрезку упасть в зелье.

Гонтрил склонился к магу с озабоченным выражением на лице. Мортин скопировал позу лидера, почти не дыша, ожидая слов Хаззана. Чорл же по-прежнему не отрывал взгляд от Арвина.

– Это зелье преобразования, – наконец сказал волшебник. – С намёком на подчинение сознания. Но основной упор сделан именно трансформацию.

– Полиморфное зелье? – спросил лидер мятежников.

Хаззан покачал головой.

– Не совсем. У этого состава чётко определённое назначение. Он разработан, чтобы преобразовать выпившего в некое определённое существо, хотя в какое именно, я не определил. Но вот что я знаю наверняка: кто бы ни выпил это зелье, он умрёт задолго до того, как произойдёт трансформация. Один из компонентов – опаснейший яд, – маг отвлёкся от чаши, чтобы посмотреть в глаза Гонтрилу. – Яд юань-ти.

Лидер мятежников кивнул на Арвина.

– Этот человек выпил идентичный состав – и выжил.

Хаззан повернулся к мастеру верёвок.

 – Ты жрец?

– Нет.

– Тебя исцелил жрец?

Арвин облизнул губы. Он был рад, что кольцо Гонтрила сейчас на него не надето – хотя, возможно, он смог бы избежать упоминания Зелии, так как она была псионом, а не служительницей богов.

– Есть ли у тебя какой-нибудь талисман, способный нейтрализовать яд?

Юноша вспомнил о Кайле – об амулете, что она носила на шее. Он коснулся кошачьего глаза, что висел на его груди.

Хаззан заметил этот жест.

– Бусина волшебная?

Арвин пожал плечами.

Маг пробормотал заклинание и пальцем указал на шарик. А затем покачал головой.

– Это обычная глина. Бесполезная безделушка, – он опустил руку.– Возможно, то зелье, что его заставили выпить, отличалось от этого. А может в нём оказалось мало яда.

– Фляга была похожа на эту, – покачал головой Арвин. – Зелье пахло точно так же. И, конечно же, я чувствовал, что отравлен. Боль была невыносимой, словно я наглотался битого стекла.

– И всё же твой организм сумел побороть яд, – задумчиво проговорил Хаззан. – Интересно, – маг повернулся к Гонтрилу. – Возможно, что он юань-ти. У них иммунитет к собственному яду.

– Я так и знал, – зарычал Чорл, перехватывая посох.

Арвин тревожно зашипел.

– Погоди, Чорл, – сказал Гонтрил, положив руку на посох мятежника. – Бывают случаи, когда люди выживают после укуса юань-ти. И, судя по всему, этот парень – человек. Даже невзирая на все его странности.

Чорл уставился на мастера верёвок.

– Ну и что! Он всё равно опасен для нас. Он знает, где мы...

– Он не виноват, что оказался втянут во всё это, – отрезал лидер мятежников. – Кольцо подтвердило его рассказ.

Глаза Чорла сузились.

– Тогда почему он то и дело шипит и облизывает губы? Он даже двигается как юань-ти.

Арвин пристально посмотрел на толстяка. Постоянные нападки начинали раздражать.

– Я человек, – выплюнул он. – Как и ты.

Чорл скривил губы.

– Сомневаюсь.

Неожиданно Хаззан щелкнул пальцами.

– Зелье! – воскликнул он. – Вот что оно делает – превращает людей в юань-ти.

Арвин почувствовал, что его глаза полезли на лоб.

– Нет, – прошептал он. Юноша хотел было снова облизать губы, но тут же опомнился и спрятал язык. Затем ему пришла поразительная мысль. Быть может, Зелия его обманула. Возможно, никакого семени разума и не было. Вполне может оказаться, что юань-ти догадалась, какой эффект имеет зелье, и попыталась обернуть это в свою пользу. И если из-за странной микстуры Арвин шипит и постоянно облизывает губы, то что будет дальше? Станет ли его слюна ядовитой, как у того моряка, которого юноша нашёл умирающим в канализации?

Поняв, что он впадает в панику, молодой человек заставил себя успокоиться. Так ли уж плохо превратиться в юань-ти? Эта раса правила Хлондетом; став одним из них, Арвин, несомненно, поднялся бы по социальной лестнице. И вдобавок к ядовитой слюне – удобное оружие на малых расстояниях – юань-ти могли по желанию превращаться в змей. А ещё они был наделены магией. Представители этой расы могли окутать себя тьмой, использовать немигающий взгляд, чтобы запугать противника и обратить его в бегство, подчинить своей воле – более мощная версия чар, что использовал сам Арвин. Юань-ти умели очаровывать животных и растения, в результате чего первые впадали в транс, а последние опутывали ближайшие к ним объекты. И, как продемонстрировала Зелия, они могли нейтрализовать действие яда простым наложением рук.