Когда поблизости завыла еще одна сирена, на ум Соломону пришло еще одно объяснение. Возможно, кто-то проследил за «линкольном» и ждал, пока он вынесет Эбби. Может, стрелявший ехал следом за ним.

Решив, что погибшему костюму уже ничто не повредит, Соломон, как мог, вытер об него руки. Они все равно остались липкими и красными. Он указал на свой телефон, который так и лежал на тротуаре в нескольких шагах от медиков, укладывавших Карла на носилки.

— Это мой телефон. Разрешите позвонить моему боссу?

Сержант нахмурился:

— А кто ваш босс?

— Дональд Шеффилд.

— Магнат? Этот Шеффилд?

Магнат. Какое старомодное слово. Соломон кивнул:

— Это его внучка.

Сержант выругался и посмотрел в небо, словно проверяя, не польется ли вдруг на него дерьмо.

— Да, можете позвонить ему, — сказал он.

Нагибаясь за телефоном, Соломон услышал, как один из копов пробормотал:

— Дональд Шеффилд? Помоги нам, Боже.

Соломон нажал кнопку быстрого набора, думая: «Помоги нам всем, Боже».

Дональд Шеффилд сидел в своем любимом кресле в кабинете в Приюте Головореза, на коленях у него лежала открытой пухлая биография Эндрю Карнеги. Он забыл о книге, как только Фиона вбежала в комнату с беспроводным телефоном.

Соломон сообщил ему про Эбби, и эта новость поразила Дона в самое сердце. Он почти не говорил, пока Соломон лаконично докладывал о стрельбе в Окленде. На заднем плане слышался вой сирен, рев двигателей, крики. Натуральный сумасшедший дом. Соломону нужно было заканчивать разговор.

Прежде чем отпустить его, Дон спросил:

— Ты ранен?

— Меня зацепило пулей. Самую малость.

— Пусть тебя отвезут в больницу. Тебе нужен адвокат?

— Вряд ли меня могут в чем-то обвинить. Я не стрелял.

— Очень плохо. Сожалею, что ты не убил этих сукиных детей.

— Я тоже, — сказал Соломон.

— Как водитель? Жить будет?

— Думаю, да. Он потерял много крови, но дышал, когда его грузили в «скорую».

— Куда его повезли?

Дон слышал, как Соломон спрашивает у полицейских. Затем последовал ответ:

— В городскую Оклендскую.

— Пусть тебя отвезут туда же. Я пришлю тебе в помощь людей Криса. И одного из наших врачей. И адвоката, на всякий случай.

— Хорошо бы и чистую одежду, — сказал Соломон.

— Сделаем. А ты побереги себя.

— Да, сэр.

Дональд дал отбой и набрал номер своей дочери в Лос-Анджелесе. Он терпеть не мог сообщать дурные новости и устыдился облегчения, которое испытал, когда включился автоответчик. Не оставив сообщения, он позвонил Крису.

— Папа? Что случилось?

Дон коротко сообщил ему о несчастье, не обращая внимания на возбужденные возгласы сына.

Когда Дон закончил, Крис выругался.

— Соломон делает все возможное, чтобы замять эту историю, но посмотри, чем ты сможешь помочь. Пошли своих людей в городскую больницу Окленда. Агента по связям с прессой. Адвоката. Доктора Грэма. Позвони миссис Вонг — пусть в квартире возьмут чистую одежду для Соломона.

Крис что-то бурчал, и Дон понял, что он записывает инструкции.

— Я не смог дозвониться до Дороти.

— Я разговаривал с ней час назад, — сказал Крис. — Она летит сюда на самолете своего бойфренда. Она потеряет рассудок, когда узнает, что произошло.

Дон поморщился. И без того плохо, что смерть бедняжки Эбби оказалась такой кровавой и заметной. Еще не хватает, чтобы истерики Дороти ухудшили ситуацию.

— Пусть ее встретят в аэропорту, — велел он. — Отвезите ее прямиком в квартиру в Сан-Франциско. Пусть доктор Грэм заедет сначала туда. Ей понадобится успокаивающее.

— Хорошо.

— И нужно будет позвонить семье водителя, выразить наше сочувствие, заверить, что мы оплатим все медицинские счета.

— У него есть страховка, — сказал Крис.

— Порадуй их хоть чем-то. Нам не нужно, чтобы его родственники побежали в газеты.

— Ладно.

— Соломон сказал, полиции известно, что Эбби из нашей семьи.

— Откуда они узнали?

— От него.

— Великолепно, — саркастически заметил Крис.

— Сейчас не время для критики, — сказал Дон. — Я уверен, что Соломон делает все наилучшим образом. Поезжай к нему и помоги.