«Нам предстоит увидеть и услышать не только примадонну этого театра, но еще и оперу «Снегурочка» в исполнении его артистов. Прямо-таки русский наплыв на итальянскую сцену!» — освещала культурные события одна из миланских газет.

Катерина, прибывшая вместе с труппой, должна была исполнять роль Снегурочки.

Анна встретилась с ней в театре.

— Катерина, ты тоже здесь?

— Да. А почему это тебя так удивляет? — она стояла, гордо вскинув голову. — У меня дебют!

— Поздравляю! Надо радоваться, что дебют проходит на такой знаменитой сцене.

— Я радуюсь! — Катя прищурила глаза. — Твоим портретом пестрят итальянские газеты и журналы. Он всем вскружил голову!

— Катерина, не место и не время говорить об этом! — Анна начала сердиться. — Забудь об Эдуарде. У тебя начинается новая жизнь.

— Вот именно! Моя новая жизнь начнется с того, что он будет моим. Теперь я открыто могу тебе об этом сказать, — она засмеялась и взяла под руку проходящего мимо артиста. — Не так ли, Миша?

— Я не знаю, о чем вы тут, девочки, щебечете, — сказал смущенный Миша. — Но если ты, Катенька, этого очень хочешь, то, конечно же, так.

Они удалились по ковровой дорожке в зал.

«Теперь пребывание в Милане будет настоящим испытанием, — решила Анна. — С одной стороны Борис, с другой — Катерина. Кто знал, что из-за любви можно попасть в такое нелепое положение? Никогда не бывает все гладко. Обязательно откуда-нибудь выползет змея и начнет жалить.

Но моя любовь принадлежит мне, и я никому не собираюсь ее отдавать!»

Эдуард не отпускал от себя свою возлюбленную.

— Только в театр, и обратно!

— Но почему? — притворно сопротивлялась Анна.

— Потому что тебя здесь не достанет никакой Борис. Вообще его нужно исключить из своей жизни!

— Я уже давно исключила!

Анна стояла перед зеркалом и расчесывала волосы.

— Но он все еще напоминает о себе. Значит — существует!

— Но Эдуард!

Он подошел к Анне и нежно обнял ее.

— Тебе нравится квартира, которую я снял для нас?

— Ничего.

— И всего лишь? Тебе мало пяти комнат, со всей мебелью и шикарным роялем?

— Да нет, — Анна засмеялась. — С милым рай и в шалаше!

— Ах вот как? Значит Ева недовольна?

Анна прижалась к нему.

— Наоборот! — сказала она, поцеловав его в губы.

— Здесь, в Милане, ты так занята репетициями, что нам не хватает времени для любви!

— Неправда! — возмутилась Анна.

Он схватил ее на руки.

— Ах ты проказник! — она чмокнула его в нос. — Мы занимались любовью не далее как вчера!

— А сегодня еще нет!

И Эдуард понес ее в комнату, где они спали.

— Сейчас моя Виолетта обнимет меня и я растаю в ее объятиях.

— Не называй меня так!

— Разве я не достоин любви такой женщины?

Он положил ее на кровать и лег рядом.

Солнце светило в окно, доставая длинными косыми лучами до постели. Свежий теплый воздух струился в приоткрытое окно.

— Эдуард, здесь бывает дождь?

— Я не помню, — нежно прикасаясь губами к ее лицу, прошептал он. — Когда я вижу тебя, то обо всем забываю.

Любовники были во власти страсти.

— Эдуард, открыто окно!

— Ну и что? Пусть все знают о нашей любви!

Заходящее солнце бросало последние отблески на постель влюбленных, но им потребовалось еще много времени, чтобы насладиться друг другом.

Сильный ветер распахнул приоткрытое окно, скрутил занавеску и подбросил ее вверх.

Молния осветила лица спящих любовников, гром, казалось, расколол небо. Хлынул теплый весенний ливень.

— Эдуард! — Анна вскочила с постели. — Дождь!

Огромные теплые капли хлестали по подоконнику, проникали в комнату. Кружевная занавеска металась по ветру.

Эдуард встал и закрыл окно.

— Ты соскучилась по дождю?

Анна обвила его шею руками.

— Да. Пойдем на балкон!

Удар грома оглушил их, шум ливня усилился.

Они оделись и вышли на балкон.