Борис теперь регулярно туда заходил и общался с Катей.

«Надо же, какая дружба, — думала Анна, — раньше друг друга знать не хотели, а теперь лучшие друзья!»

После репетиции — еще неприятность.

Эдуарда у театра не было.

«Я не знаю, что мне делать? Как с ним разговаривать? Неужели столько работы, что невозможно за мной вовремя заехать? И ведь можно заранее предупредить!»

В конце концов Анне надоело маячить возле театра. Она опять отправилась домой одна.

Анна устало опустилась на кровать.

«Я посплю, и все пройдет, все забудется, как дурной сон. Не может Эдуард сделать ничего плохого, я верю ему».

Она проснулась от того, что кто-то прикоснулся к ее волосам.

— Эдуард, — томно сказала она и протянула руки.

В следующий момент, когда сон полностью отпустил ее, она вскрикнула.

Это был не Эдуард.

Луиджи стоял, наклонившись над женщиной, и протягивал аккуратно свернутый листок бумаги.

— Синьора, это тебе!

Анна, оправившись от испуга, взяла записку.

Они продолжали разговаривать на итальянском.

— Эдуард задерживается, — сказал Луиджи. — Но ты не должна беспокоиться. Через несколько дней он вернется в Милан. Если тебе что-нибудь нужно, обращайся ко мне.

— Нет, пока ничего, спасибо!

«Моя дорогая Анна, я вылетаю в Париж, вооружившись мольбертом и красками. Ты была в театре, я не смог тебя предупредить. По всем вопросам обращайся к Луиджи. Первое место на конкурсе и приз — за мной.

Целую. Твой Эдуард».

Анна облегченно вздохнула.

«Значит, все хорошо».

Она попрощалась с Луиджи и занялась домашними делами.

Дни без любимого казались очень длинными.

До обеда длились репетиции, остальное время было полностью свободным.

Однажды, прогуливаясь по улицам Милана, Анна увидела за стеклянными стенами одного из кафе знакомое платье.

Она пригляделась.

Катерина с Борисом сидели за столиком, потягивали коктейль и весело болтали.

Анна почувствовала, будто что-то неприятное надвигается на нее.

«Теперь они вместе проводят время. Ну как же, есть тема для разговора».

Пара направилась к выходу, продолжая о чем-то увлеченно беседовать. Анна, отойдя в сторону, услышала обрывок их разговора.

— И я почувствовала его губы, — сказала Катерина. — Они у него такие горячие! У меня даже ноги подкосились!

— Какая ты впечатлительная! — усмехнулся Борис.

— Да нет же, Эдуард на самом деле такой. Я утонула в его глазах, понимаешь? — она взяла Бориса под руку.

Анна стояла не шелохнувшись.

— Он тебе что-нибудь сказал? — поинтересовался Борис.

— А зачем? И так все было понятно без слов. Я же говорила, что своего не упущу!

Анна смотрела вслед уходящей паре и не могла сообразить: действительно она это услышала или ей только показалось.

«Эдуард? И он мог такое допустить? А как же я? Ничего не понимаю. Как можно себя так вести? — Анна задумалась. — Я тоже всегда удивлялась его горячим губам».

«У меня есть доказательства его измен!» — вспомнила она слова, сказанные Катериной.

«А сейчас она удивляется его горячим губам!..»

«Как мне больно это слышать! Выходит, если бы я случайно не забрела к этому кафе, так ничего бы и не узнала! Но Эдуард ведет себя так, словно, кроме меня, для него никого не существует! — Анна совсем запуталась. — Кому верить?»

Она возвращалась домой с камнем на сердце.

Открыв дверь, Анна замерла.

Эдуард в домашнем халате стоял перед ней, расчесывая мокрые волосы. Он радостно улыбался, обнажив белые красивые зубы. От него так и веяло свежестью. Крепкие мускулы проступали из-под ткани халата.

Анна оглядела его.

«Сколько раз он поражал меня своей мужественностью!»

— Вот мы и опять вместе! — радостно сказал он, шагнув ей навстречу и протянув руки.

Она позволила себя обнять.

Слова, услышанные возле кафе, не выходили из ее головы. Но Эдуард, этот реальный рыцарь, красивый, сильный и нежный, производил такое впечатление, что устоять перед ним было невозможно.

Анна отвечала на его поцелуи. Ее разум кричал, что надо остановиться, устроить сцену или просто уйти, но сердце…