— Заждалась поди «невеста»?

— Уж давно около ворот охаживает. Собралась уже без вас идти на болото, — негодующе помотал головой домовой. — Я ворота прикрыл, но надолго моей силушки супротив дочери леса не хватит.

— Спасибо, Антипыч, удружил. Пока передай, мол, дела государственные, неотложные решал, уже выхожу, — наказал я, надевая новые лапти.

Домовой развернулся, чтобы удалиться исполнить хозяйский приказ, лишь на секунду обернулся:

— Хозяин, не забывай слова призрака. Они тебе помогут.

И испарился, оставив меня недоуменно хлопать зенками. Это что ж получается — вокруг одни пророки, да советчики! Хоть бы кто-нибудь что-нибудь посоветовал раньше, чтобы всего этого не случилось.

— Шишку тебе в лапоть! — я горько сплюнул, стиснул зубы и направился на выход, а в голове занозой снова засело ночное пророчество.

Я в который раз прокрутил в мыслях все сказанное призраком, пытаясь понять загадочный смысл — иногда слова, которые неправильно разгадать или придать им не тот оттенок, могли стоить жизни и не только своей. Фраза про «родную кровь» скорее всего относилась к моей дочери. Тогда куда ее нужно отпустить? Неужто замуж за Тофа?

В глубине души я надеялся, что пророчество касалось ее лишь вскользь, мало ли кто нам еще успеет встретиться? Например, «новая душа». От этих загадок без ответов скис окончательно.

Еще сильнее мое настроение испортил тот факт, что дочь ждала не в столовой. Есть хотелось неимоверно, могла бы и завтраком уважить отца. Я выглянул во двор и заметил, как в трепетном ожидании меня, Василиса пыталась вскрыть дубовые ворота. Вырядилась кровушка моя в темно-зеленый иловый костюм с вышивкой на спине в виде кобры. За спиной в ножнах крест-накрест два небольших изогнутых меча. По кинжалу за голенищами. Завершала все перевязь с метательными ножами. Ужас! Нет, в смысле, ей шло, но такое ощущение, что она не замуж собралась, а решилась на отчаянное самоубийство.

Рядом с ней, словно басурманский кенгуру, хаотично скакал ее любимец. Раньше не замечал за ним столь странного поведения. Колобки кататься должны, а он, как вошь по гребёнке, прыгал. Но тут я еще кое-кого приметил.

Рядом с ними невозмутимо сидела Ягодка и с большим ехидством комментировала происходящее. Иногда внучку Яги одолевали кошачьи повадки, и она пыталась незаметно для Василисы поймать колобка Колобка.

Вся эта компания во мне посеяла смуту. Когда только срастись взглядами успели, невдомек мне?

Ох, бледная поганка, не к добру это все!

Завтракать не то, чтобы перехотелось, просто я понимал, что сейчас важнее не потерять из виду странную и подозрительную группу, во главе с моей дочерью. Хотя очень хотелось запереться в спальне и дрожать под кроватью. Но как же я тогда узнаю ответы на возникшие вопросы, сами-то они поди не расскажут и тогда придется умереть от любопытства, прячась под семейным ложем.

Во дворе действительно ждали только меня. Неожиданно Василиса обернулась, будто почувствовав мое приближение. На меня воззрились большие васильковые глаза. Девушка оглядела мой потрепанный вид, критично задрав вверх бровку, и многообещающе уперла руки в боки.

Я кивнул в ответ, напустил на себя крайне озабоченный вид делами Чертога и на ходу бросал челяди распоряжения. Оказалось, что на просторном дворе меня ждал сюрприз в виде дубовой рощи во главе с воеводой.

— Это что за рассадник, Иваныч? — как можно серьезнее нахмурился я. — Сказал, же пойдем вдвоем, без сопровождающих.

— Хозяин, так молодежь зеленую закаляю! — добродушно держал ответ воевода. — Пока закрепляли строевую, а как солнышко познойнее станет — марш бросок вдоль владений. Заодно и обстановку по периметру проверим, может, кому из княжей помощь нужна.

— Да, помощь им действительно сейчас надобна и зелень окрепнет, молодец! — похвалил я Иваныча, хотя сомненья червем во время дождя искали выход наружу.

Я оглядел дружину, а посмотреть там было на что. Кто топтался с ноги на ногу, кто в носу ковырял, другой без позволения вышел из строя — сходил к колодцу водицы испить. Действительно, до крепких бывалых дубов им расти и расти.

— О войне с Тофом и не помышляй, — на всякий случай наказал я.

— Какая война, Хозяин? Нечисти лесной не хватает. Тоф верно все подгадал — грибники, пожар, откуда свободным веткам взяться?

— Ладно, воевода! Оставляю тебя за главного, уверен, за хозяйством проследишь, как за родным.

— А роднее у меня ничего и нет.

И мы крепко обнялись, по-мужски, сурово хлопая друг друга по спине.

Василиса не терпеливо откашлялась рядом. Запыхавшийся Колобок, высунув румяный язычок, пыхтел у дочки на руках. Глаза его косились на чернявую бестию, которая довольно нализывала лапу.

Говорят, когда кошка умывается — жди гостей. А ежели кошка неправильная? Стало быть — самим в гости идти. Приметы не врут. Только вот, как быть с тем, что кошка черная…