Это было так. Но выбора не было. В состоянии человека он, по крайней мере ненадолго, чувствовал себя в безопасности в угрожающей обстановке.

Бакстер продолжал, голос его стал напряженным:

— Нэт, а почему бы тебе не трансформироваться в какую-нибудь другую форму?

Повернувшись, Кемп уставился на него. Какое-то время оба молчали.

Наконец Кемп сказал:

— Чарли, последствия этого могут быть совершенно непредсказуемыми.

Бакстер ответил:

— Нэт, если этого не попробовать, проблема все равно останется неразрешенной.

Чувство мгновенного изменения становилось сильнее. Но Кемп медлил. То, что предлагал Бакстер, было почти так же опасно, как и угроза Ниджана.

Трансформироваться — во что угодно! В любое тело, в любую форму. Стать чем-нибудь абсолютно непохожим на те три состояния, которые он знал.

Он верил, что Бакстер сказал правду. Но это было правдой относительно известного из прошлого опыта — того, с чем он вырос, а именно связи Шелки и людей. Это не было правдой для существ с другим историческим прошлым. Космический — исконный — Шелки Oy-Дан показал это предельно ясно.

Странная, никогда ранее не испытанная уверенность овладела им — он чувствовал себя человеком, который в кромешной тьме оказался на краю неизвестного и готовится к прыжку в окружающую его ночь.

Возможности прыжка были, конечно, ограниченными. В тот момент он знал только три чуждые формы, в которые он мог трансформироваться. Он мог стать Кибмадином, или тем созданием, в которое превратился Кибмадин, или… Ниджаном.

Он объяснил Чарли:

— Я должен иметь мысленный образ того, в кого превращаюсь, а я знаю лишь несколько…

— Трансформируйся в Ниджана! — твердо сказал Бакстер.

Кемп ответил, почти не соображая:

— Ты серьезно?

И потом, очень отчетливо почувствовав внутри себя, что будто его что-то покидает, он поспешно вызвал образ Ниджана, таким, каким он его записал, и «проиграл» через систему трансформации.

Сделав так, он отправил каждой клетке заряд энергии, сыгравшей роль капсюля, высвободив тем самым внутреннюю энергию клеток. Трансформация произошла очень быстро. Кемпу понадобилось пять с половиной секунд, чтобы оказаться в новом для него состоянии.

Он также увидел, что находится в странном месте.

Кемп осознал, что он записывает мысли другого существа.

Это существо — враг Ниджанов — было обеспокоено чем-то, что было слева от него.

Он посмотрел в этом направлении и увидел, что Н’Йата перебралась ближе к нему. Он приветствовал это перемещение и был восхищен, так как она оказалась очень близко от него. При обычных обстоятельствах ему бы это даже понравилось — это бы ему польстило и было полезно для его развития. Он бы получил идеальную возможность изучить ее и имитировать ее великое совершенство.

Но ситуация была неординарной. Она пришла, потому что ему нужна была помощь.

Эта мысль сквозила в ее движении, и он увидел ее как одинокую золотую точку размером с атом.

Кемп спросил себя:

— Как я могу все это наблюдать? И сразу понял, что он это делает с помощью своей собственной энергии.

И снова его единственным оружием была уровневая логика, со всем ее пониманием природы эмоций. И конечно же, «фактор предательства» не был просто тактикой, с помощью которой он мог победить раньше кого угодно.

Ему также не хотелось провоцировать более могущественную Н’Йату на демонстрацию всех ее способностей.

Принимая во внимание все эти ограничения, он сконцентрировал одну из своих защит на центре всеуничтожения, скрытом в «факторе предательства». Осторожно. Подтолкнул ее к более легкому значению предательства. Предполагая совращение. Полагая, что приятное ощущение перевесит все негативные аспекты.

Он удачно применил эту контрмеру, потому что золотистая точка сменила свое местоположение в пространстве и с позиции слева от него переместилась в позицию напротив него.

Сколько световых лет точка покрыла за время этого перемещения, Кемп не мог определить, потому что Н’Йата находилась все еще вдалеке от него.

«Ты все еще способен на предательство!» — пришла к Кемпу мысль от золотистой точки. Отправив сообщение, точка стала удаляться… Кемп почувствовал, что уровень его энергии резко упал, ниже уровня предательства, до уровня тоски и апатии. Наблюдая за удаляющейся точкой, он сначала почувствовал желание умереть, такой большой была утечка его жизненной энергии.