Возникла любопытная инверсия — существо было убеждено, что точки, им испускаемые, представляют интерес. Что-то было в них привлекательное, независимое от его мыслей о них.

Как только эта мысль сформировалась, Кемп почувствовал, что высокая энергия существа стала ослабевать. В короткий промежуток времени существо пережило эмоциональную трансформацию от моментальной вспышки ярости до самообмана: «Видимо, я Бог или полубог. Все должно равняться на меня!»

В то время когда происходили все эти маленькие замечательные явления, Кемп за всем наблюдал и боролся, боролся за свою жизнь… И вдруг с удивлением обнаружил, что противника нет. Подобно человеку, провалившемуся в люк канализации и попавшему в глубокий и грязный поток воды, Кемп бросил себя в некий космический эквивалент реактивной струи ракеты.

Справляться с этим было уже выше его сил. Он боролся с естественной силой, которая выходила за пределы его опыта. В космосе это было нечто изначальное, о существовании чего не было известно ни человеку, ни Шелки.

Все окончилось внезапно. Кемп осознал, что он находится в большой комнате. Несколько человек, сидящих в комнате, с удивлением обернулись и уставились на него. Это было высшее руководство Шелки-Управления. Чарли Бакстер вскочил с кресла и быстро подошел к нему.

Кемпом владело еще одно ощущение — его тело в состоянии Шелки было в каком-то нестабильном состоянии, какого он никогда не испытывал. Нельзя сказать, что это было неприятно: чувство было такое, будто его тело привязано к какому-то отдаленному месту.

Появилась тревожная мысль: «Я все еще к чему-то привязан. Меня могут выдернуть отсюда в любое время».

Наиболее тревожным было то, что в дальнейшем он уже не мог защищаться. Он исчерпал все свои возможности и был в критическом положении.

Кемп принял человеческое обличье.

Он сделал это полубессознательно, подумав, что изменение состояния может освободить его, хотя бы ненадолго, от далекого притяжения. Так как других возможностей он не видел, Кемп проделал это быстро и в изнеможении осел на пол.

Он с облегчением отмстил, что трансформация прошла нормально. Чувство зависимости заметно угасло. Оно не исчезло окончательно, а было похоже на шепот в комнате, где только что стоял громкий крик.

Как только Бакстер подошел, Кемп крикнул ему:

— Быстро! Идем к компьютеру. Я не знаю, что случилось. Надо, чтобы компьютер снял с меня информацию.

По пути кто-то кинул Кемпу робу, которую он накинул, не останавливаясь.

Бакстер спросил:

— Что, ты думаешь, могло случиться?

Кемп объяснил, как мог, но все объяснить, конечно, он был не в состоянии. Он не только не потерпел поражения, но и смог манипулировать врагом и привести его в замешательство. В этой схватке он использовал всю имевшуюся у него энергию и возможности. Сейчас он отчаянно нуждался в помощи, в понимании всего того, что произошло.

Бакстер спросил его обеспокоенно:

— По-твоему, сколько времени у нас сеть?

— У меня сложилось впечатление, что они работают чрезвычайно быстро. Думаю, час — не больше.

С высокой скоростью, как и положено электронной машине, но все же недостаточно быстро в такой ситуации компьютер проанализировал информацию, полученную от Кемпа, и выдал на выбор четыре ответа.

Первый из двух, представляющих интерес, был странным:

— У меня создалось впечатление, — сказал компьютер, — что все случившееся происходило в чьем-то сознании. И в то же время присутствие чего-то первичного, элементарного. Чего-то… что… ну, не знаю… является основой всего.

Конечно, все это переварить было очень трудно. Первичное, основа — все это слишком грандиозно.

Аксиома, что первичному ничто не может противостоять или сопротивляться.

— И это, — сказал компьютер, — пожалуй, все, что я могу вам сказать. Преобразование пространства, что, похоже, умеет делать Ниджан, — это ново для нас. Видимо, клетки их систем могут приспосабливаться к условиям, которые дают им преимущество над другими формами жизни, — что-то вроде верховной власти над сутью вещей.

Это был неприятный момент. Мало того что компьютер не справился с задачей, Кемп почувствовал внутреннее изменение к худшему. То отдаленное нечто стало воздействовать на его человеческое тело. Его вдруг посетила уверенность, что в любой момент черта может быть пересечена.

Он быстро передал эти сомнения Бакстеру и закончил:

— Я надеялся, что у нас будет время для моего визита в земную штаб-квартиру исконных Шелки, но сейчас мне бы лучше самому трансформироваться в Шелки.

Реплика Бакстера показала, что он понимает, в какой опасности находится Кемп, — он боится, что в любой момент может очутиться в безвоздушном пространстве в человеческом состоянии, — ничем не защищенный. Бакстер спросил с тревогой:

— Ты не потому ли трансформировался в человека, что был уязвим в состоянии Шелки для той силы, которая на тебя действовала?