В Швейцарии у него хранился миллион долларов, и ему не было смысла рисковать из-за каких-то восьмидесяти тысяч, если он хотел остаться в Америке. Бо был жаден, но не глуп. В мозгу его звучал тревожный звоночек, и, толком не понимая, о чем его предупреждают, Бо все же решил прислушаться.

Он подъехал к автостоянке возле продуктового магазина Минни Уилсон за несколько минут до условленного срока и немного посидел в машине. Когда же осталось всего полминуты, вылез из автомобиля, подошел к телефону-автомату, установленному на стоянке, набрал номер, опустил в автомат пару монет и чуть-чуть подождал. Трубку сняли, не дождавшись конца первого гудка.

— Все в порядке, я получил ваше сообщение.

— У нас проблемы. Все отменяется.

— Какие проблемы?

— Тут рыщет репортер, — Бо не счел нужным упомянуть, что репортер больше трех месяцев проработал в его конторе. — Вероятно, пошли слухи.

— Он знает что, где и когда?

— Нет, но…

— Никаких «но». Мы уже начали действовать.

Бо покрылся испариной.

— Я тут решаю, действовать или не действовать! Все отменяется!

— Знаете, что я вам скажу, Скалли? Эту перевозку налаживали почти год. Все это время товар хранился в джунглях. Количества, которые мы перевозили в последние годы на маленьких самолетиках, ничтожны по сравнению с этим. На организацию этого маршрута ушла уйма времени и куча денег, и люди, вложившие деньги, ожидают большой прибыли. Как по-вашему, почему вы получаете восемьдесят?

— Но послушайте…

— Наш самолет третий по счету, было решено использовать три самолета для того, чтобы сбить со следа ищеек ФБР. У нас жесткий график: нужно вовремя забрать груз и вовремя доставить его на место. Мой самолет уже вылетел сегодня утром, завтра он заберет товар и привезет его, когда вы сказали. Если у вас там есть трудности, преодолейте их. Вы меня поняли? И послушайтесь дружеского совета. Вы прислали подтверждение неделю назад. Все пришло в движение. Если товар не будет доставлен и распространен вовремя, как вы обещали, вы будете единственным виновником. Люди, с которыми вы имеете дело, не дадут вам прожить и часа. Вы думаете, там на вас нет управы? Да вас там наверняка достанут! Значит так: или самолет приземляется, выгружает товар и улетает по расписанию, или вас убьют. На месте. Ясно?

Подмышки Бо взмокли от пота, липкие струйки текли по телу.

— Да, пожалуй.

— Никаких «пожалуй»! Мы действуем, как и договорились, да?

— Да. О’кей.

— Скажите: «Договорились».

— Договорились.

— Ладно, я так и передам.

И связь прервалась.

Бо повесил трубку и прислонился лбом к холодному стеклу телефонной будки. Ему и в голову не приходило, что здесь у них могут быть свои люди. Может, конечно, это блеф, а может, и нет. Если то, что связной сказал о грузе, соответствует действительности, то держать здесь своего человека вполне логично. Он бы и сам так поступил, если бы стоял во главе этого дела… Бо несколько раз глубоко вздохнул и решил: будь, что будет. Но нужно позаботиться о том, чтобы все прошло гладко.

Бо снова сел в машину. Однако, выруливая на проезжую часть, вдруг заметил нечто, привлекшее его внимание. Всего в сотне ярдов, на кладбище, расположенном на вершине небольшого холма, стояло двое мужчин. Один на четвереньках подстригал кустики, другой наблюдал за работой. Бо поставил машину на ручной тормоз и достал из «бардачка» бинокль.

За могилами семейства Скалли ухаживал Бенни Поуп, рабочий с бензоколонки. А расплачивался с ним, достав деньги из кармана, Энда Маколиф.

Бо подождал, пока Маколиф вернулся к машине и поехал в город. Тогда Бо тоже завел мотор и двинулся вслед за ним. Адвокат остановился возле своей конторы, бросил несколько монет в автомат на стоянке и пошел по улице, направляясь в кафе Бубы. Бо поставил свою машину и пошел за ним.

— Как дела, Мак? — спросил Бо, садясь напротив юриста.

— Неплохо, Бо.

Бо заказал кофе и размешал сахар.

— Мак, — произнес он, глядя в окно, — я тут как-то был на старом кладбище… впервые за долгое время… и заметил, что могилы моих родных ухожены, там даже были свежие цветы. Я очень удивился, потому что сам я никогда ничего такого не делал, а все мои родственники умерли и лежат на этом кладбище.

Бо сделал паузу, чтобы последить за реакцией адвоката. Но никакой реакции не было. Маколиф уставился в стол и молча пил кофе.

Бо продолжал:

— Особенно я удивился потому, что все остальные могилы, в том числе и твоих родственников, совсем неухоженные и заросшие. Однако буквально пару минут назад я видел тебя там: ты платил Бенни Поупу за то, что он приводил в порядок могилы моих родных. Нет, ты не думай, я, конечно, ценю твою заботу, но мне любопытно, почему ты так печешься о моих родственниках, а о своих такой заботы не проявляешь?

Маколиф отхлебнул глоток кофе и поставил чашку на стол.

— Извини, Бо, но я не могу тебе объяснить.

Бо изумленно уставился на юриста.

— Но почему?

Маколиф положил полдоллара на столик и поднялся с места.

— За кофе я расплатился, Бо, а вот о кладбище говорить не могу. Пожалуйста, не допытывайся.

Он повернулся к Бо спиной и вышел из заведения Бубы.

Бо откинулся на спинку стула и молча смотрел вслед адвокату. Он пил кофе примерно час и все думал, думал… и наконец кое-что сообразил… то была лишь мимолетная мысль, не более того… Но чем больше он размышлял на эту тему, тем разумнее казалась Бо его догадка: картина складывалась очень даже стройная, и в результате шериф решил, что если все действительно так, как он предполагает, то у него появляется новое основание крепко держаться за Сазерлендский округ. И черт с ней, со Швейцарией!