Шрифт:
Они помчались по Флэглер. Фуло прокричал адрес: дом 1809 по Северо-восточной 53-й. Пит врубил радио на полную громкость.
Бобби Дарин оглушительно пел «Возлюбленная мечты». Пит выстрелил Сальсидо в затылок — разлетевшиеся зубы сорвали кляп.
Фуло вел автомобиль ОЧЕНЬ, ОЧЕНЬ МЕДЛЕННО. С приборной панели и сидений капала кровь.
Запах порохового дыма был удушающим. Они не открывали окна — чтобы не дать ему проникнуть наружу.
Фуло сворачивал то налево, то направо. Фуло аккуратно отмечал направление. Автомобиль-саркофаг выехал на насыпную дорогу в Корал-Гейблс.
Они нашли заброшенную швартовочную пристань. Ее мостки вдавались в залив метров на тридцать.
Она была пуста. Ни влюбленных парочек, ни пьяниц, ни просто полночных гуляк.
Они выбрались из машины. Фуло поставил машину на нейтральную скорость и столкнул на мостки дока. Пит поджег «коктейль Молотова» и швырнул бутылку в салон.
Они бросились бежать.
Вспыхнуло пламя. «Импала» взорвалась. В мгновенье ока вспыхнули мостки. Пристань с ш-ш-шипением превратилась в длинную дорожку огня. Нахлынувшие волны шипели, касаясь досок.
Пит едва не выкашлял собственные легкие. Он втягивал оружейный дым и глотал кровь убитых.
Мостки ушли под воду. «Импала» осела на какой-то подводный камень. Добрую минуту из воды шел пар.
Фуло наконец отдышался.
— Чак живет здесь поблизости. У меня есть ключ от его комнаты, и, по-моему, у него отыщется снаряжение, которое нам пригодится.
Они нашли револьверы с глушителем и бронежилеты. Полосатое такси Чака было припарковано двумя колесами на бордюр.
Они взяли револьверы и надели жилеты. Пит завел машину, замкнув провода.
Фуло вел машину слишком быстро. Пит всю дорогу думал о старой Рут Милдред.
Дом выглядел хлипким. Дверь — непробиваемой. Двор был обсажен по периметру пальмами — единственная хибара на целую округу.
В передней горел свет. На окнах были занавески из тонкой газовой материи. Сквозь них виднелись четкие очертания силуэтов.
Они, пригнувшись, затаились у порога, как раз под подоконником. Пит различил четыре силуэта и услышал голоса четырех мужчин. Он представил картину: четверо пьют на диване, ЛИЦОМ К ОКНУ.
Казалось, Фуло читал его мысли. Они еще раз проверили жилеты и оружие — четыре револьвера и в общей сложности 24 заряда.
Пит коротко отсчитал секунды. На счет «три» они вскочили и выстрелили разом — прямо сквозь оконное стекло.
Посыпались осколки. Хлопки глушителя растворились в крике.
Окно рассыпалось. Занавески порвались. Теперь у них были реальные мишени: латиносы-коммуняки у забрызганной кровью стены.
Латиносы судорожно хватались за оружие. У всех у них была наплечная кобура и набедренная тоже — чтобы разом можно было выхватить оба пистолета.
Пит запрыгнул на подоконник. Ответный огонь ударил в его жилет и отбросил назад.
На подоконник вскочил Фуло. Комми принялись палить — часто и беспорядочно, в предсмертном порыве. Они палили из пистолетов большого калибра, вдобавок без глушителей — чертовски громко.
Прогиб жилета — и Фуло завертелся волчком. Пит, спотыкаясь, добрался до дивана и разрядил оба револьвера с ультраблизкого расстояния. Он позаботился выстрелить каждому в голову, шею и грудь и неожиданно втянул в себя на вдохе что-то серое и вязкое…
По полу покатился перстень с алмазами. Фуло подхватил его и поцеловал.
Пит вытер кровь с глаз. И увидел возле телевизора горку обернутых в пластиковые мешки брикетов.
Из них просыпался белый порошок. Он понял — это героин.
31.
(Майами, 30 августа 1959 года)
Кемпер читал газету, сидя в шезлонге у бассейна «Райской скалы». Каждые несколько минут официант приносил ему свежий кофе.
Заголовок на первой странице «Геральд» гласил: «Четверо кубинцев убиты в перестрелке между наркоторговцами».
В статье сообщалось об отсутствии свидетелей и улик. Предполагаемыми преступниками назывались «соперничающие кубинские преступные группы».
Кемпер связал между собой несколько событий.
Три дня назад Джон Стэнтон отправил ему отчет. В котором сообщалось, что президент Эйзенхауэр утвердил бюджет реализации кубинского проекта на порядок ниже запрошенной суммы. Сообщалось, что Рауль Кастро финансирует коммунистическую пропаганду в Майами вырученными от продажи героина деньгами. И еще — сообщалось, что в банде торговцев героином состоят двое бывших водителей «Такси «Тигр»» — Чезар Сальсидо и Роландо Крус.