Да и нефига этим офицерам знать, что я полиглот. Крепче будут спать.

– Ду ю спик,..
– тут же спросил Дёмин.

Да спикаю я, спикаю!

– А на чём же ещё нам говорить на корабле Содружества?
– удивился я, - Это же - требование устава.

Полковник меня понял.

– Шпрехен зи,..
– тут же подхватил эстафету следующий по званию "Пушкин".

– У нас на "Ледлоу" капитан - немец.

– Французы тоже есть?
– поинтересовался чернявый.

– Конечно, заместитель командира по технической части - лейтенант Лягардэр, - откликнулся я, только потом, после согласного кивка майора осознав, что и вопрос и ответ прозвучали по-французски.

И тут офицер произнёс ещё что-то, из чего я разобрал только: "гомо", "жопа"... Нет! Скорее "джоба"... уж слишком гортанным было произношение на незнакомом наречии... Да ещё какая-то Валя?

– Не понял?
– сочувственно взглянул на меня этот горе-экзаменатор.

– Это какой-то древний язык?

– Достаточно старый.

– Все, кто на нём говорил, давно вымерли?

– Э-э-э, нет, - замотал головой офицер, - Пока ещё живы.

– Это грузинский, - со знанием дела констатировал Дёмин.

А-а, так это было приветствие:

– Гамарджоба, генацвале!
– попытался я повторить, будто пробуя слова на вкус, смакуя незнакомое произношение.

Приветствие, вот, что это было! Блин! Поживёшь тут на корабле Содружества, и в чужой речи, невесть что начинает мерещиться!

– А говорил: "не знаешь языка", - с укором произнёс "Филин", глядя на "испанца".

Хотя какой он испанец, если грузин.

– Так я только эту фразу и знаю!
– возразил горбоносый, - Без неё родственники вообще на порог не пустят!

– Хватит балагурить! Экзамен окончен!
– оборвал его Дёмин, сделав на высветившейся перед ним электронной панели отметку, вслед за ним в "бегающее" по столу головидео "тюкнули" пальцем по очереди все остальные, - Серебров Алексей Анатольевич,..
– торжественно возвестил начальник корпуса.

При этих словах я тут же вскочил по стойке смирно... "Фу-у-ух! Неужели отмучился?!"

– ...Поздравляю вас с успешной сдачей теоретической части экзамена!
– мой рот невольно расплылся в улыбке, - Теперь осталась практика,..
– "Практика?! Какая ещё, нахрен, практика?!" - Кросс,..
– "Какой в пи... к демонам, кросс?!" - ...во время которого вы продемонстрируете не только уровень своей физической подготовки, но и умение работать в команде, готовность прийти на помощь своим товарищам, чувство взаимовыручки!.. Выдвигаемся! Мы и так задержались, - подытожил полковник, бросив взгляд на "браслет".

Глава 4.

Тех одиннадцати минут шестнадцати секунд, что занял у нас путь от аудитории до шлюза, мне хватило, чтобы раз сто прокрутить в голове, рассматривая то так, то этак, ту ситуёвину, в которую я попал с лёгкой руки начальника корпуса.

Конечно, я мог отказаться от этого грёбаного кросса... В конце концов, разве я под него "подписывался"?!.. Только зачем? Мало того, что с каким-никаким, а начальством лишний раз не хотелось собачиться... Захотел бы Дёмин, он какую-нибудь каверзу да подстроил бы...

Но главное, мелькнула у меня в голове одна мысль. А неплохо было бы взглянуть на моих одногодок в деле. Фиг с ним, что они на три-четыре года постарше, посмотрим, какая у них физподготовка. Будет хоть, с чем сравнить мою.

Не то, чтобы мне нравились подобные военные игрища, но раз надо, значит - надо!

– Выходим!
– резко бросил мне майор Гумбадзев... он так и не представился полностью, но успел, пока летел, просмотреть на него кое какие данные... давая глайдеру команду заглушить двигатель и встать "на прикол".

И чего он такой нервный? Ну не стал я поддерживать разговор, лишь кивая головой, да пару раз брякнув "да"... Однажды, по-моему, невпопад... А нефига меня отвлекать, когда есть, о чём подумать!

– Господин майор, докладывает поручик Галицкий, - тут же подскочил к начальству, чётко отдав честь, давешний офицер-крепыш.

– Вольно!
– махнул чернявый, - Рассказывай!

Низкорослый тут же принялся заливаться соловьём: всё, мол, чин чинарём, кадеты в реале осваивают "дыхалки"...

– То есть дыхательные аппараты, - тут же поправился офицер.

– И как успехи?

– Отлично. Мы же восемь занятий провели. Тут и обезьяну можно научить.

М-да, невысокого он мнения о воспитанниках. Видимо, майор был со мной солидарен. Посмотрел, насупившись, на поручика, затем на меня, но ничего не сказал.

– Где Финистов?
– последовал следующий вопрос.

– Инструктирует кадетов, - младший по званию неопределённо махнул в сторону "ворот".

Гумбадзев весь подался вперёд, полуприсев и вытянув шею, будто пытался что-то разглядеть через мутный пластик купола. Уж лучше бы смотрел через шлюз. Там хоть "стёкла" чаще меняют. А ячейки "колупака", если когда и были прозрачными, как слеза, но теперь окончательно утратили былой лоск.