— «Язып!» — вспомнился сон. Приснится же такое!

Быстрый взгляд на отражение на лезвии меча подтвердил — он оставался прежним. Рыцарь облегченно вздохнул и огляделся. Он был в родном лесу.

На поляне Хорхе увидел бургомистра и разгневанную Сударушку, с большой банкой вишневого варенья в руках. Ленивый рыцарь невольно облизнулся, припомнив его чудесный вкус во сне. Как, интересно, обманке удалось притащить пригрезившееся ему варенье в реальный мир?

— Негодяй! Так вот ты какой! — воскликнула женщина, и банка полетела в голову бургомистра. — Ты будешь просить у меня прощения на коленях.

— Я что, я готов, — лепечущий оправдания Клаус упал на колени и пополз к разъяренной обманке. — Для тебя я готов на все.

Обеспокоенный судьбой варенья рыцарь в невероятном броске успел перехватить банку на лету и галантно протянул Сударушке. Женщина невольно улыбнулась и, поглядев на стоящего перед ней поклонника, жалобно вздохнула:

— Ну почему на мужчин невозможно сердиться долго? Ладно, так и быть, я тебя прощаю.

Она протянула Клаусу руку, чтобы помочь подняться. Но осчастливленный бургомистр, целуя руки Сударушки, легко, как мальчишка, вскочил на ноги, и, не обращая на остальных ни малейшего внимания, заявил:

— Мы немедленно едем домой, в город! Сейчас же. Без тебя там все так ужасно разладилось!

— Ну вот, — огорчилась обманка. — Я так и знала. Стоило всего на несколько дней уехать из дома!

Они направились к элегантной карете, которую успел приготовить для дамы предусмотрительный бургомистр. Но тут Сударушка остановилась, затем подбежала к Хорхе и, протянув ему банку с вареньем, ласково поцеловала в щеку.

— Спасибо за все. Будь осторожен, малыш! — тихо прошептала она и снова поспешила к карете.

— Спасибо? За что? И почему это я малыш? — удивленно подумал Ленивый рыцарь, бережно прижимая банку к груди, а потом осторожно положил ее в траву под деревьями. За его маневрами внимательно наблюдали медведь, волшебник и Саламандр.

Морда медведя выражала полное понимание. Физиономия Саламандра была как обычно непроницаемой. Определить выражение на лице волшебника Хорхе не смог — вернее, не захотел. Похоже, неприятности на сегодня еще не закончились.

— Что же, значит и мне пора! — сказал Огневик, равнодушно поглядев вслед счастливо щебечущей парочке в удаляющейся карете. — Если не ошибаюсь, ты не собираешься снова отправляться в страну грез? — Он вопросительно посмотрел на рыцаря. Тот молча покачал головой.

— Может, это тебе покажется странным, — на темном лице Саламандра появилась неизменная насмешливая улыбка. — Но я хочу тебе сделать прощальный подарок. Не спеши отказываться и не вздумай выбрасывать. — Он протянул ленивому рыцарю синий камень. — Я даю его тебе без всяких условий.

Рыцарь отдернул руку. Огневик недобро усмехнулся и объяснил:

— У каждого сильного человека существует обманка. У многих слабых тоже. Но только некоторым, самым сильным, удается оживить свою грезу, очень немногим — удержать, и редким исключениям — вернуть ушедшую. Тебе повезло: ты получил необычный дар — стать своим в стране грез. И если ты вновь попадешь в мир снов, знай, что когда-то во мне жила душа огня. Мне казалось, что она жжет меня изнутри, и я попросил магов разделить нас. Так у меня появилась обманка. Но когда она исчезла, я понял, что потерял. Душу. Ты ее сразу узнаешь. И может быть, когда-нибудь мне придется пожалеть о многом, что я совершил, оставшись без обманки. Если она вернется. Никто не знает, что способна сотворить с человеком вернувшаяся душа. Подумай об этом, когда будешь делать выбор. — Он вновь протянул рыцарю камень, и тот неохотно взял кристалл. — Прощай!

Владыка пустынь тихо прищелкнул пальцами и исчез. На поляне остались только трое. Марк, не сводивший жадного взгляда с подарка Саламандра, и Хорхе с Домиником.

— Ну, и где же Ререна? — недвусмысленно взвешивая в руке синий камень, поинтересовался Хорхе.

— И где Илька? — неожиданно включился в разговор Доминик.

— Не понимаю, чего вы оба на меня набросились, — попытался уклониться от ответа волшебник. — Откуда мне знать? А ты, — неожиданно напустился он на медведя, — не слишком ли долго ходил в человечьей шкуре? Осмелел! Может быть, тебе пора вернуться в берлогу?

Маг попытался воспользоваться заклинанием превращения, но Ленивый рыцарь, резко шагнув вперед, схватил его за руку.

— А ну оставь зверя в покое! Сначала ответь на вопрос! Слишком много неувязок оказалось в твоей сказке.

— По какому праву? — маг резко высвободил руку и отстранился. — В чем ты меня обвиняешь?

Хорхе потянулся за мечом:

— Что ты сделал с Ререной? Похитил? Убил?

Марк с возмущением вскинулся, но не успел ответить. Воздух над поляной сгустился, сверкнул алым, и, словно из ниоткуда, перед мужчинами возникли две знакомые фигурки. Ререна. И Илька.

— Я сама ее нашла! — гордо заявила куница. — Несмотря ни на что.

— Да, это правда, — холодно сказала Ререна, и голос ее рыцарю показался бесцветным и чужим. — Меня нашла именно Илька.

— Опять бесполый андрогин, — догадался Хорхе. Он помялся, не зная с чего начать, но, в конце концов, решился:

— Но я же тебя все время искал. Повсюду. И трижды побывал в стране грез.

— Мне говорили другое, — Ререна бросила гневный взгляд на волшебника. — Я слышала, что ты меня забыл.