А за её спиной уже 'хвост' человек в шестнадцать, и как минимум первые десять интенсивно желают ей всевозможных неприятностей вплоть до летального исхода...

Я быстро проинструктировал Тихона и вернулся в комнату. Водка уже налита, сало и хлеб порезаны.

– Как думаешь, - спросил Сергей после первой, - что теперь с Наполеоном и его армией делать планируется?

– Не нам с тобой решать, конечно... По моему, армии его - карачун. Не выпустит Кутузов уже никого. Во всяком случае, при оружии. Но совсем загнобить Францию недальновидно. Как говаривал Бисмарк: 'Оставим её стрелой в сердце...', Англии той же. И Германии. Чтобы не сильно хамели. Хотя, ты же знаешь, я в политических играх не силён. Император, само собой, пусть пока у нас погостит, но с перспективой возвращения на родину...

– Корсику имеешь в виду?
– улыбнулся Горский.

– Сам знаешь, что не её. Хай себе в Парижик следует в случае необходимости. Чтобы по ту сторону Ла Манша ребята определённую дрожь в коленках всё-таки имели.

– А 'недорубленный лес'? Ведь натура у Бонапарта мстительная - корсиканец как-никак. Вернётся к нам через несколько лет, и прежних ошибок повторять не будет.

– Предлагаешь мне 'адвокатом дьявола' выступить?

– Ну, что-то типа того. Итак?..

– Его армия вернётся домой без оружия. Все нефранцузские формирования будут утрачены, промышленный потенциал Европы - тоже.

– Уверен? А как это обеспечить?

– Придуриваешься?

– Нет, просто 'играю по правилам'.

– Да просто пока во всяких германиях-италиях не придут к власти соответствующие режимы, мы его не выпустим... Слушай, честно говоря, мне уже глубоко по барабану, что там начнёт твориться в политике, главное, что не состоится заграничный поход, надеюсь, что не будет военных поселений...

Хочу в Питер, в лабораторию. Надоели эти 'стрелячки' и иже с ними.

Стук в дверь прервал мою тираду. Вернулся Тихон.

Ну не золото мой 'Планше'?

Телячьи почки, тушёные с луком и солёными огурцами, отварной язык под соусом, говяжье филе, запеченное с беконом, тушёная кислая капуста с копчёной грудинкой...

Ни черта себе шикуют в не затронутых войной окраинах!..

Наши с Сёрёгой рты, минут на десять, стали способны только поглощать материю, и никакое 'вещество и поле' не покидало наших организмов.

Картошечки бы ещё... Ладно, обойдёмся - и так просто праздник живота получился.

Я не стал доколупываться на предмет: 'А где рыба?'. Нет - значит, не было. А если и была, то не достойна наших 'благородных' желудков. Если уж Тихон не принёс...

Опять стук в дверь - сам Денис Васильевич пожаловал. . .

– Не потревожу поздним визитом?

– Ну что вы, Денис Васильевич - рады видеть. Просим к столу.

– Не откажусь, я именно на ужин и рассчитывал, и не с пустыми руками... Васька, заноси!

Неизменный денщик гусара тут же заволок в помещение корзину, из которой споро выставил ещё одну бутыль с водкой, жареную курицу, каравай и горшочек с икрой.

Застолье предстояло солидное.

– А вы знакомы с капитаном Горским?
– слегка ревниво поинтересовался гусар.

Понятно: чего это я тут распиваю с заезжим драгуном, а не с боевым товарищем.

– С юности. (Благо, что про свою 'юность в Орегоне' я Давыдову не рассказывал).

– Тогда понятно, что вы предпочли его общество... Простите, может я помешал?

– Ни в коем случае, Денис Васильевич, - поспешил встрять Серёга, - мы будем очень рады разделить трапезу с вами.

– Благодарю, господа, за радушный приём...

Я прекрасно понял смысл паузы и поспешил снова наполнить 'бокалы'...

Курица - так себе. С цыплятами-бройлерами двадцатого века не сравнить, да и не фаршированная, не маринованная перед приготовлением... Со специями опять же проблемы. Но ничего: выпили-прожевали.

– А нам завтра обратно, Вадим Фёдорович.

– Обратно, так обратно, - меланхолически бросил я.
– Оно понятно - война ещё не закончилась.

Это я 'бросил меланхолически', а где-то внутри вскипела обида... Даже не 'обида' - просто не знаю, как назвать: Умом понимаешь, что со взятием императора ещё ничего не закончилось, но внутри такое опустошение...

Как на дорохке: решающий бой. Решающий укол. И ты его нанёс! Передумал соперника, обхитрил, 'провалил' и конратаковал. На аппарате горит 'победный' фонарь. Ты выиграл этот бой! Вымучал! Сделал!!