– Не знаю. Они напали без объяснений.

– Еще бы! Если бы ты увидел на пороге своего дома эмирими, конечно, ушел бы молча. А где мои дети?

Она ничего не поняла, а Дирк не стал оправдываться, только пожал плечами:

– Трема я отнес наверх, а Крим побежал за Леей.

– Отнес?!

Тут до Атем дошло, что все было не так, как она подумала.

– Он попал под их удар первым. Я на этот шум и вышел, не усидел наверху… Младший уже лежал…

Атем, не дослушав, кинулась вверх по лестнице. Дирк поспешил за ней. При виде сына ее затрясло.

– Успокойся, – тихо попросил Дирк, вместе с ней еще раз обследуя Трема. – Не смотри, что кровь, она не страшна… Лечи! Спокойно! Что тебе принести?

Он помог ей прийти в себя и наложить на мальчика исцеление.

– Только бы успеть… успеть… успеть… – исступленно шептала Атем.

Трем лежал совершенно безучастно. Даже не стонал.

Мать тронула сына за руку:

– Сынок, посмотри на меня. Ты должен очнуться! Приди в себя, моя радость.

Дирк, смочив водой чистое полотенце, принесенное Кримом, начал смывать кровь.

– Атем, успокойся… Он уже и дышит ровнее.

Но она только тихо плакала. Он подошел к ней и обнял, успокаивая. Он хорошо ее понимал.

Все как-то неуловимо поменялось. Атем была небольшого роста и хрупкого сложения, и рядом с высокорослым лэром, стоящим перед ней, ее миниатюрность выделялась еще больше. Белокурая головка эмирими не доставала даже до его широких плеч. Он был сильным, она слабой и истерзанной страхом за сына. Лэр впервые почувствовал, какая она маленькая и беззащитная, прежде маленьким и глупым при ней ощущал себя он.

– Он скоро придет в себя, – тихо произнес Дирк, не надеясь, что она его слышит.

Атем продолжала молча плакать, прижавшись к врагу. Нет… уже не врагу. Дирк, обнимая ее вздрагивающие плечики, чувствовал себя разбитым. Он не мог им помочь. Ни мальчику, ни ей.

Выплакав все слезы, Атем смущенно отодвинулась. Только сейчас она поняла, что он обладает такой неимоверной силой, что может свернуть ей шею с такой же легкостью, с какой способен сломать ветку. Однако все это время, с тех пор как попал к ним, он вел себя словно тихий, смущенный мальчишка.

Атем взяла себя в руки, укутала тонко выделанной шкурой сына и, повернувшись к Дирку, сказала:

– Спасибо тебе за все, Дирк. Пойдем вниз, ты расскажешь мне, как все было.

Он кивнул. Они были уже возле лестницы, когда в дом влетел Крим и взволновано выпалил:

– Лея исчезла! В доме распахнуты двери. Одежда на месте, а ее самой нет! Что с Тремом?

– Спит…

– Спроси лучше сына, что произошло, – предложил Дирк растерявшейся Атем. – Это он встретил нападавших лицом к лицу.

– Они пришли за тобой, потому что ты потакала бунтовщикам, – начал Крим, не дожидаясь расспросов.

– Что? Кому? – Атем плохо соображала, все ее мысли остались там, наверху, с больным ребенком.

– Как кому? Лее, конечно! Она ведь отказала правителю.

– Все-то ты знаешь, – недовольно сказала Атем, устало опускаясь на скамью в прихожей. Но ее гнев касался только одного-единственного эмирими – правителя.

– Ну я не только что начал следить за Леей.

– Сколько интересного я о тебе узнаю, – вздохнула Атем, опустив плечи.

– Так я начал ходить за ней, чтобы подсмотреть тренировки, она ведь редко занималась в зале, в любую погоду уходила в горы к Рассветному перевалу, – опустив глаза, пояснил Крим.

Дирк слушал их молча.

– Знаю, они раньше с дедушкой вместе ходили, – отозвалась Атем.

– А когда я увязался с ними в тот день… Она же из-за меня прикрывать всех осталась…

– Крим, не бери на себя чужие грехи, и своих хватит, – попросила сына Атем. – Лею похитили по той же причине, что напали на нас, а я так вымотана: ни магии, ни сил… Был бы Майт… он бы все решил!

– Все, что касается вашей защиты, я беру на себя, – твердо сказал Дирк. – Все сделаю, что бы сделал для своей семьи Майт.

Может, в другой момент такое заявление вызвало бы у эмирими гнев, но сейчас, пережив смертельный ужас за сына, Атем только устало поблагодарила:

– Спасибо тебе, Дирк, я знаю, что сегодня ты спас моих детей.

Крима волновало другое.

– Мама, а что насчет Леи? Как спасать ее? Ее ведь похитили.

Но Атем не успела ответить, за нее это сделал Дирк: