В моём положении работа через Интернет, через чаты, через почту – единственный законный способ заработать на жизнь.

Я почти сразу твёрдо решил для себя, что не буду переступать закон и поступать подло с незнакомыми мне людьми.

Я захожу в поиск и смотрю что-нибудь свежее про Гипнотизера, ищу случаи с потерянной памятью. Натыкаюсь на странную заметку про женщину, которая не помнит, кто надругался над ней в лифте. Нет, не факт, что «мой клиент». Смотрю ещё.

А больше ничего нет. Ни слова об ограблениях. Наверно затаился. А вдруг его уже нет в городе, может он покинул страну, и я зря теряю время.

Я беру блокнот и сверяюсь со своим Планом действий на завтра.

Я всегда веду записи, чтобы ничего важного и существенного, что может помочь мне в поиске, не упустить из виду.

Закрываю ноутбук, спрашиваю себя – А что если этот человек опасен, если он испугается, убьёт меня и как трус убежит?

Может он и не станет со мной общаться?

А что если он знает правду и расскажет её – хочу ли услышать?

На сегодня уже слишком много вопросов.

Смотрю на часы: 01:37

Иду спать.

Ещё вчера, покупая трехколесный велосипед для Сашеньки, я вдруг вспомнил, что в полулегальном Спортивном клубе, который я активно посещал до «инцидента», остался под арендой горный велобайк и личный рюкзак со снаряжением для скалолазания, запертый в моей ячейке.

На велосипед как-то пофиг, а вот в рюкзаке могут быть записи, контакты или ещё что-то полезное.

Ухожу правее с перекрестка с Новым Арбатом, какой-то дед чуть не бросается мне под колеса, газую в пол, мчусь мимо посольства США, проезжаю светофор, ещё один, притормаживаю, заворачиваю во дворы. На дереве прибита табличка «Спортивный клуб Непал». Я на месте.

Чтобы нормально встать и не перегородить проезд другим автомобилям в узком как зубная щель дворике, приходится одним колесом слегка подвинуть бетонную клумбу с цветами. Надеюсь, местные бабушки не проколют за это шины своими заколками и спицами для вязания.

Спускаюсь в подвальное помещение Клуба, судя по раздолбанным кафельным ступенькам, существующего только на членских добровольных взносах.

Всюду развешаны эмблемы, вымпелы, расставлены на полках призовые кубки и тарелки. По крайней мере, народ здесь иногда тусуется. Возможно, Клубу даже перепадают раз в несколько лет какие-нибудь скромные субсидии и гранты.

Руководитель Андрей Горыч, подтянутый седоватый атлет, с запахом крепкого дерева, как будто ждал меня всю свою жизнь.

– Ну надо же! – восклицает он, размахивая руками, – молодёжь ещё не утратила интерес к физическим упражнениям. Я уж собирался к Новому году устроить распродажу забытых носков и чешек! Как фамилия?

– Роман Данко. Спасибо, что не выбросили, – вставляю я, не догадываясь, чего ещё поучительного на меня сейчас выльют.

– У нас большая часть шкафчиков не занята. И мы всегда рады тем, кто к нам возвращается. А ты вообще хоть раз приходил на занятия? Я тебя не помню совершенно. – Андрей Горыч сверяется с огромной тетрадью в клеточку, лежащей на столе, делая в ней какие-то ремарки.

– Ходил парочку, потом приболел, – отвечаю я первое, что пришло в голову.

– Ничё ты поболеть-то, артист! Три года почти прошло. Твой депозит закончился ещё прошлой весной.

– Я знаю, Андрей Горыч, но вы не в курсе моей ситуации, поэтому давайте не будем гнать напраслину, ладно?

– Ладно, ладно, – тренер показывает ладони, не скрывая настроя на перемирие и продуктивное общение, – я и не сужу. Мы тут, просто, не камера хранения, понимаешь, и аренду за полтора года тебе придется оплатить, плюс, конечно же, пеня.

Тренер что-то пишет в своей тетради. Потом что-то заметив, хмурится, переворачивает лист, ещё один. Смотрит удивленно на меня:

– Странно, у меня оказывается ещё ящик неоплаченный и невостребованный с того же периода как и твой.

Меня словно ошпарили кипятком.

Неужели зацепка!

– Вы уверены? – я пытаюсь удостовериться в том, что нет никакой ошибки.

– Абсолютно, вот смотри – Горыч мне показывает какую-то строчку в плохо начерченной таблице, в которой я ничего не понимаю, – Данко, это ты, номер 48. А вот номер 96, …… Сергей Дурнев. Такая же просрочка оплаты, как и у тебя.

– Сергей Дурнев, – молча проговариваю я про себя, перебирая всех своих знакомых и друзей из прошлого, – попался!

– Андрей Горыч, у вас есть информация про этого Дурнева? – спрашиваю я ледяным тоном, как следователь.

– У меня только Имена и сетка задолженностей, молодой человек – Тренер выписывает в тетради шариковой ручкой какую-то мазню, – если на то пошло, то я уж скорее бухгалтер, чем перепись населения.

– Можно я посмотрю, что в его ящике?