– Вот!

Я указал на нее. Хо проследил направление, кивнул.

– Совсем невзрачная... и такая далекая!
– произнес он с той же грустью.
– Неужели там может быть мир, лучше этого?

Старик посмотрел на меня.

– Вы никогда не были на Земле?

– Нет.

Хо снова устремил взгляд на звезды.

– Может быть когда-нибудь, когда моя душа минует весь круговорот жизней, она и попадет туда, но я уже ничего не буду знать об этом...

– Вы не боитесь смерти, Хо?

Какое-то время он молчал, измеряя взглядом безграничность неба. Наконец, сказал:

– Страх - это чувство присущее телу. Душа не ведает страха перед вечностью времени. Рождаясь в нашем теле, она покидает его в установленный срок, чтобы родиться заново уже в другом обличии. Как отшельник, добровольно заточающий себя в темной пещере ради познания Сути Мира, так и душа облекает себя в физическую оболочку, покорно перенося все тяготы земной жизни, чтобы нести Высшую Суть людям... Мы не можем проследить ее путь, ибо он, как путь птиц в небе, труден для понимания.

– Если наши души изначально несут добро людям, почему же мир во все времена был так безысходно несчастлив? Добро было рассыпано в нем крупицами, увидеть которые дано не каждому. Зло же властвовало веками!

Я внимательно посмотрел на него.

– Ты не понимаешь глубинной сути вещей, и поэтому не в силах понять истинного.

Хо поднял на меня глаза, в которых мерцали звезды.

– В чем же истина?

Вместо ответа он достал из кармана лазерную зажигалку, извлек из нее пламя, и бросил на кучу хвороста, лежавшую невдалеке. Сухие смолистые ветки вспыхнули ярким дымным огнем, озарившим ближайшие скалы. Хо встал рядом с костром, простер над ним руки.

– Смотри! Это огонь. Он несет тепло и жизнь людям. Он и есть то добро, о котором ты говоришь. Сила его кажется безграничной - ночная мгла, и холод отступают перед ним. Он сияет издалека, и его видно за многие километры отсюда... Но стоит подуть ветру, или обрушиться дождю, и могучее пламя угаснет - беспомощное и ничтожное! А вот это "звезда дьявола", - он извлек из-за пояса сюрикен и положил себе на ладонь.
– Она кажется совсем маленькой и незначимой, правда? Теперь выпустим ее!

Хо метнул коварное оружие, резко взмахнув рукой. Посмотрел на меня.

– Ты можешь проследить ее полет?

– Нет.

– Вот!
– Хо поднял руку - Она невидима, но несет с собой смерть! Так и благие люди видны издалека, как огонь. Их легко заметить, и поэтому легко уничтожить. Зло же и вблизи не всегда видно, как не видно стрел пущенных ночью!

Я смотрел на огонь, пытаясь вникнуть в скрытый смысл его слов.

– Но ведь революция здесь и делалась для того, чтобы торжествовало добро! Отчего же здесь так много несчастливых людей?

– Ты просто не знаешь тех, кто делал эту революцию, - спокойно сказал Хо.

– Я знаю многих из них, и они мне кажутся честными и порядочными людьми! Вы хотите сказать, что я не разбираюсь в людях?

– Я этого не говорил!
– возразил Хо.
– Но ты всю свою жизнь прожил на Земле. А здесь не Земля, Максим!

Я посмотрел на него, не совсем понимая, что он имеет в виду.

– Хорошо. Я объясню тебе иначе. Вон там, - он простер руку над обрывом, указывая куда-то в темную неизвестность, - есть гора. Тысячи лет она спала мирным сном. У ее подножия выросли густые леса, зазеленели сочные луга, на ее склонах бродили звери, в поисках пищи и предавались любви. Там пели беззаботные птицы. Все они радовались солнцу и жизни, которой были вполне довольны. Но вот однажды, по велению каких-то неведомых сил, гора эта взорвалась и, источая огонь, поползла вниз по слонам раскаленная лава, неся всему живому смерть, сжигая на своем пути все, что тысячелетиями создавалось природой и людьми. Она спускалась все ниже и ниже, пока не заполнила все пространство вокруг, и тогда начала остывать, превращаясь в мертвую корку... Теперь там только ветер, да пыль. Лава уничтожила жизнь, не принеся новой, потому что, застыв, оказалась бесплодной.

– Вы хотите сказать, что революция, подобно этой лаве, застыла мертвым монолитом, уничтожив прежнюю жизнь, и не дав пробиться новой?

Хо утвердительно кивнул.

– Ты правильно понял меня. Сквозь лаву невозможно пробиться ничему живому. Лишь наносные пески могут покрывать ее, но и они только подобие жизни и перемен!

Я задумался.

– Но тогда я тоже частица этой лавы?

Хо ничего не ответил. Помолчав, сказал:

– Иди спать! До рассвета осталось совсем немного. Нам предстоит долгий путь, а я не так молод, чтобы перенести его без хорошего отдыха.

глава седьмая

ЧЕРНАЯ ТЕНЬ

Загородная вилла Наоки находилась в пятидесяти километрах от столицы, укрытая от любопытных глаз густой стеной леса и высоким каменным забором. Я и понятия не имел, что подобные роскошные дома еще находятся в чьей-то частной собственности. И это в то время как вокруг, на планете царит полная разруха и запустение. Но Хо, знавший о ее существовании давно, безошибочно нашел сюда дорогу, несмотря на многолетнее отсутствие в северной столице.