Зося преданно кивнул.

– Ну, раз понял, то вали давай. Дай нам с господином поговорить напоследок. А то еще мал, чтобы взрослые разговоры слушать. Подожди во дворе, скоро поедете. И еще, провиантом запася или как?

– Да, Трофим, взял трошочки. На первое время хватит, а там куплю, если что.

– Это хорошо, ну, ладно иди давай.

Зоська еще раз поклонился старосте и выскочил из комнаты. Дождавшись когда за ним закроется дверь, Трофим поднялся, коротко мне поклонился, чем изрядно меня удивил, ну не производил староста впечатления подобострастного человека, а тут на тебе, поклоны бьет. Тем временем Трофим выпрямился, сказал, глядя прямо в глаза:

– Валера, ты присмотри, пожалуйста, за Зосимом, а то он парень хороший, чуток дурнуватий, а так и ничо, немного резковат и простодушен, так то по молодости лет и по незнанию мира, но ты на него всегда можешь положиться, это я тебе гарантирую. За него как за себя готов ручаться. И еще, Валер, ты не обращай на моих крестьян внимание, они не со зла, а по глупости, народ темный, многого не знает. Позлятся, а потом тебя с благодарностями вспоминать будут. Знай, ты всегда можешь рассчитывать на меня и на мою помощь, да и в нашей деревне всегда тебе будут рады.

Блин, а оно то приятно, когда тебе говорят такие слова, особенно, когда говорит человек, чье каждое слово, прежде чем быть произнесено взвешивается и только потом озвучивается.

– Спасибо.
– я поблагодарил от всей души.

Староста добродушно улыбнулся, слегка покачал головой.

– Ну, ты, Валера, даешь. Спасибо это много, а бутылка с тебя, когда тут, у нас снова будешь, это как раз в самый раз будет. Выпьем, закусим, я так понимаю, что поговорить у нас с тобой всегда будет о чем? Так что без бутылки, а лучше пары ты здесь даже не показывайся.

Елки зеленые я аж засмущался.

– Тогда пошел я, что ли? Работа сделана, а тебе еще своих людей успокаивать, к вечеру успел бы.

Староста согласно закивал, усмехнулся, спросил:

– А голова?

Я недоуменно посмотрел на Трофима.

– Какая голова?

Тот неспешно, поднялся с лавки, снисходительно похлопал меня по плечу.

– Ну, ты даешь! А как ты решил доказывать нашему правителю, что работа выполнена? Просто словами? Или на пальцах будешь рассказывать, как дело тут происходило? Это конечно дело, может ты в своих странствиях и искусству лицедейства научился, но мне все-таки кажется, что с вещественным доказательством будет как-то по- спокойнее.

Да, о этом я и не подумал. Блин горелый. Вот тебе и убийца на заказ. Вообще расслабился я что-то. Так бы и пошел с Зоськой на привязи и кроме насмешек и злого Паладина Его чистого света меня ничего бы в замке Сама не ждало. Дела...

– Трофим, а как этот вопрос решить?

– По поводу?
– староста недоуменно посмотрел на меня.

– Ну, как же? Голову как отделять будем от тела? Он же на улице лежит. Снова вся деревня сбежится.

Трофим неспешно, я уже заметил, что староста все в этой жизни делает с остановками и расстановками, наклонился и достал из угла под стать себе топор вчерашний, еще тогда впечатливший меня своими размерами. Сказал, продолжая довольно улыбаться:

– Ты главное не переживай. Никто и заметить не успеет, как мы эту башку чиканьем. Поверь мне, как знатоку. В последнюю заварушку я этим топориком и провоевал, так что с какой стороны эту штуковину держать я знаю очень хорошо.
– в подтверждение своих слов Трофим крутанул топором, так что аж воздух по комнате загулял.

Подтолкнув меня в спину, староста вместе со мной вышел на улицу. Я с удивлением увидел Зоську, сидящем верхом на коне. Причем конь был довольно-таки приличных размеров и ко всему прочему Зося держал за узды еще одного, вообще больших габаритов, черного окраса жеребца.

Подойдя к гордо ухмыляющемуся Зосиму, я спросил:

– А это что?

Тот похлопал своего коня по шее, ответил:

– Это мой, а это твой, господин.
– чуть смутившись, закончил: - Ну, не совсем твой, а так, дам в аренду, А то это, неудобно все-таки пешком, а так хорошо поедем.

Да... Люди этой деревеньки меня просто поражают, то ругаются через каждое слово, и сказать ничего не могут, то вдруг, лошади, достойные носить на себе рыцарей Серединного мира, под седлом у обычного крестьянина. Одним словом, дела... Но я особенно не любопытный, так самую малость, мне хотелось знать, где у простого мужика взялись деньги на рыцарских лошадей. Думается мне, что об этом Зоська сам расскажет, парень болтлив и в минуту выдает на гора столько слов, сколько я бывает и за неделю не произношу. Повернулся к Трофиму и спросил: