– Как кто? Это ж наш староста - Трофим!

При ближайшем рассмотрении это косматое страшилище на самом деле оказалось, самым обычным крестьянским мужиком. Конечно, самый обычный это не то слово, ибо медведя вставшего на задние лапы, слегка побрившего косматость под глазами, совсем чуточку и говорящего по-людски, не каждый день встретишь. А так мужик мужиком, только большой очень.

Подойдя к калитке, Трофим остановился. Его правую руку существенно отягощал топор размерами под стать хозяину. Почесав свободной рукой затылок, Трофим произнес, причем напрочь игнорируя меня и обращаясь только к Зосиму:

– Эт, кто будет, Зоська?

Глянув на моего проводника, я в очередной раз подивился его способностям, секунду назад, это был властитель деревни, искусный оратор, под покровительством мира сего, ну не всего, но за ним стояли многие, а теперь же поникшая голова, взгляд из-под лобья, тихий голосок, такой что на слезу прошибает на раз и сразу так и тянется рука погладить, пожалеть то бедное создание, которое говорит таким голоском:

– Это избавитель наш, Трофимушка. Правитель наш его нам выделил. Сказал, чтобы провел его к нам в деревню. Так вы это, знакомьтесь, а я опосля подойду. Ладушки? Что б не мешать вам основательно поговорить, едрить его туда-сюда.

Местный староста оглядел скукожившуюся фигуру Зосима, зачем-то переложил топор с правой руки в левую, а потом обратно, еще раз почесал затылок и низким голосом произнес:

Нет, Зоська, поки останься, а я с избавителем погутарю. А то если что, какие-то неясности возникнут или там скажем прения у нас будут, то ты нам в аккурат и поможешь их решить, а то мало ли чо.

Зосим совсем поник, отступил назад и спрятался за мою спину.

– Ну и ладно.
– подумал я - Погутарить, так погутарить. Что нам в первой что ли? Можно и о жизни поговорить, и так о деле. Как пойдет одним словом всякое бывает. А сегодня наверное день какой-то особенный, постоянно с кем то говорю. И самое обидное в этом во всем то, что пользы для себя ровным счетом никакой. Но все же...

И уже не обращая на Зосима никакого внимания, посмотрел в глаза старосте и произнес, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно равнодушней, нечего человека пугать раньше времени:

– О чем говорить со мной хочешь?

Трофим на мой вопрос насупился, его лоб пошел складками, посмотрел впервые с начала своего появления на этой сцене на меня, недовольно покачал слегка головой. Ну, не всем же нравиться. Я сам себе бываю по утрам не всегда нравлюсь, ну и что? Трофим же закончив быстрый осмотр и отперевшись на калитку, сказал:

– Ты откуда будешь, мил человек?

Заставив себя не смотреть на его топор, уж большой он очень и лезвие мне показалось не совсем для рубки дерева приспособлено, а скорее под другое дело заточено. Я не отрывая взгляда от маленьких глазок старосты, ответил:

– Разве это имеет значение? Главное в другом, смогу ли я одолеть чудовище, которое ест твоих людей? Так что ты, Трофимушка, немного не по делу вопросы задаешь. Тебе о другом спрашивать меня надобно.

Трофим насупился, скептически оглядел мою фигуру. М-да, по сравнению с ним, я проигрывал и в мощности тела, и в росте. Даже и такое бывает, хотя и редко, но да...

Староста тоже это понял, его рот искривила ухмылка. Демонстративно перехватив топор, Трофим сказал:

– Да-а-а, дела чудные творятся, освободители от чудищ сами в деревню приходят, а мы тута сидим горемычные, ждем погоду у окошка.
– и пристально посмотрел мне в глаза. Продолжил: - Ты, не обижайся, мил человек, но ты прям мелковат, чесно слово. Так что шел бы ты откуда пришел, а то всяко может случиться...

Тут его прервал мой верный сопровождающий Зосим, смело выступил из-за спины:

– Трофимушка, так сам Герцог, я же тебе говорил...

– А ты не перебивай, поки старшие гутарят. Мал еще, что бы в наши разговоры лезть. Стой покуда разрешают и молчи молча.

Зоська, было вышедший из-за меня, снова испуганно юркнул за мою спину от греха подальше.