Когда подъехали, фары грузовика осветили стены, сложенные из бетонных плит.

Строение было высоким. Грузовик проехал вдоль него, свернул направо и остановился.

Бальбо выбрался из машины, подошел к стене и нажал какую-то кнопку. Тут же раздался шум работающего электромотора, и металлические ворота перед ними медленно пошли кверху.

– Когда-то здесь был цех, выпускающий военную продукцию. Детали к винтовкам, – сказал Бальбо, задумчиво рассматривая кусок пространства, вырванный фарами из темноты. – Вот здесь мы и устроим наш заводик, – Бальбо включил рубильник, и под самым потолком загорелось несколько ламп. – Слушай, откуда ты вытащил такую жирную заначку, сто тысяч? – спросил он. – Похоже, ты и вправду миллионер.

– Ссудил один человек.

– Этот человек законченный оптимист, раз надеется, что ты вернешь ему эти деньги. – Что думаешь делать дальше, Джон?

– Виски!

Бальбо впервые за все время улыбнулся.

– Ну, это я и так знаю. Что ты собираешься делать относительно себя. Может быть, я сумею тебе помочь.

– Я еще немного подожду. Пусть поутихнет. Ты со своим пулеметом столько шума наделал!.. Теперь Служба Безопасности, наверное, рвет и мечет.

– Ну а когда поутихнет?

– А когда поутихнет, я еще натворю дел!

За неделю они сделали пятьдесят ящиков виски.

На пятьдесят первом Бальбо вдруг присел на пустой ящик, просидел с минуту, отрешенно глядя в пространство, потом достал сигарету и сказал:

– Шабаш!

Первую партию они вывезли на следующую ночь.

Грузовик едва тащился по дороге, приняв на себя груз в тридцать четыре ящика.

– Бальбо, ты бы не хотел, чтобы твой виски жаждал ну хотя бы весь Сан-Франциско? Ведь у тебя был шанс стать богатым и знаменитым. Виски назвали бы твоим именем…

– И опять же его пили бы только богатые идиоты.

– Ты бы мог постепенно расширить дело, имея патент.

– Я не коммерсант, я художник.

– Художнику нужна слава.

– Не всегда. Меня давно не интересует человечество. Я только хочу, чтобы меня оставили в покое.

Оставшуюся дорогу они молчали. За их спинами позвякивали бутылки.

Кипилл ждал их на берегу со своей лодкой.

– Негусто, – сказал он, – окинув глазами грузовик. – Будете еще рейс делать?

– Нет, хватит на сегодня, – ответил Тайгер.

– Передавай привет Маку. Завтра следующая партия, – крикнул Бальбо, когда Кипилл отчаливал от берега.

Тайгер подошел к бару. Если учесть наличие виски, то тишина, которая царила внутри, казалась непривычной. Он приоткрыл дверь. Бар распирало от народа и сигаретного дыма, но все сидели чинно и слегка задумчиво потягивали виски.

Тайгер прикрыл дверь и вошел в бар с черного хода.

Он постучал в кабинет Мака и, услышав «да», вошел.

Мак молча указал рукой на кресло.

– Что там происходит? – спросил Тайгер. – Умер кто-нибудь?

– Родился! – ответил Мак. – Сегодня папаше Локиду исполнилось бы сто лет. Собрались воспитанники приюта помянуть старика. – Мак достал рюмку и поставил ее рядом со своей.

– Зачем позвал? – спросил Тайгер, когда допил виски. – Что-то случилось?

– Есть план, как взять Джоба, – сказал Мак. – Вся ставка на тебя, если ты, конечно, согласишься.

– Говори! – произнес Тайгер и отставил рюмку в сторону.

Через день перед обедом они выехали на дело. На Тайгере был мешковатый костюм с чужого плеча, парик, борода и косынка на голове. Рядом с ним в машине сидели двое бывших воспитанников папаши Локида. Они были похожи друг на друга, как две капли воды. Мак находился за рулем.

До обеда оставалось минут сорок, и потому ресторан был почти пуст. Двое шоферов не спеша ели за столиком возле дверей.

– Это наши люди, – негромко обронил Мак.

Кроме шоферов, в дальнем углу вяло ковырялась вилками в своих тарелках компания клерков.

Они присели недалеко от окна.

– Он обычно обедает здесь, – Мак кивнул на соседний столик. – Черный ход вон там, дверь рядом с картиной. Придется уходить через кухню. Я на машине буду ждать вас за рестораном, прямо возле дверей. Братья помогут тебе, если что. Телохранителей отвлечет официант. Парню всегда хотелось сделать Джобу какую-нибудь пакость. Он согласился за пять штук, – Мак поднялся из-за стола. – Удачи!