– Закуривайте! – протянул ему портсигар Михель.

– Нет, спасибо, – вежливо отказался Тайгер.

– Как хотите. Вполне приличные окурки, – Михель достал один и закурил.

– Дело в том, что я не курю, – произнес Тайгер.

– А, понятно, – Михель Дэйв выпустил большое, жирное кольцо дыма. Оно на короткое время повисло в воздухе, а потом медленно поплыло к окну. Он проводил его взглядом и сказал: – Золотой портсигар с монограммой – это единственное, что осталось от того Михеля Дэйва, который существовал шесть лет назад, – он повертел в руках окурок, рассматривая его. – Находясь на нелегальном положении, трудно зарабатывать на жизнь. Даже на сигареты. Так вот, – вернулся он к прерванной теме. – В пиджаках я обнаружил удостоверения агентов Службы Безопасности. Когда в меня стреляли в первый и второй раз, мне, конечно, было страшно, но не до такой степени, как в этот момент. Поскольку тогда я полагал, что убийца подослан конкурентами или воротилами Монте-Карло. От них можно уберечься. Стать более осторожным, усилить охрану, принять еще какие-то меры. Но куда, скажите на милость, можно деться от Службы Безопасности? Я шел полдня и всю ночь, – продолжил свое повествование Безумный Михель. – По пути мне попадались деревни, где я мог бы нанять машину, но я обходил их, продолжая идти пешком. Я вышел на дорогу, лишь когда окончательно выбился из сил. Меня подобрала крестьянская семья, едущая на треллере в отпуск. Простая радость, но они были счастливы. Тогда я впервые позавидовал простым людям. Они высадили меня рядом с побережьем, подарив на прощание соломенную шляпу. Они очень беспокоились, что мне напечет лысину. И поехали дальше, веселые и беспечные. Я махал им вслед шляпой. Рядом со мной, перечерченные белой пеной, рушились аквамариновые волны, и теплый ветер с океана трепал на мне рубашку. У меня было такое чувство, что я снова молод. В тот момент я осознал, что жизнь хороша, даже если ты находишься и не в шкуре миллионера. Я решил больше не искушать судьбу. Взорвав фазенду, Служба Безопасности наверняка решила, что с Михелем Дэйвом покончено навсегда. И я подумал, что не стоит их разочаровывать. Так что домой я не вернулся. Денег мне на какое-то время хватило, и я, переезжая из города в город, все надеялся разгадать мучившую меня загадку: за каким чертом Службе Безопасности понадобилось меня убивать?

В конце концов, я так ничего и не выяснил, а судьба свела меня с Броком. Брок не был бродягой. Он, по его словам, не хотел участвовать во всем этом дешевеньком спектакле, или, как он еще говорил, гонке кретинов, которую почему-то все называют жизнью. Он говорил, что жизнь там, с той стороны занавеса, а не здесь, на сцене, уставленной для придания большей значительности телебашнями, небоскребами и унитазами. Брок был не только сантехником, он был еще и философом, – Михель Дэйв докурил окурок и достал новый.

Тайгеру странно было смотреть на золотой портсигар, полный окурков.

Бывший миллионер прикурил от зажигалки с изяществом светской дамы и продолжил свой рассказ:

– Когда кончились деньги, у меня стал возникать сильный соблазн вернуться, но в то же время я понимал, что как только это сделаю, то не проживу и месяца.

Меня приютил Брок. Он научил меня ремеслу бродяги, то есть умению выжить, умению не умереть от холода и голода и в то же время не зависеть от общества. Еще он научил меня ходить под городом. Ему не хотелось встречаться с людьми, потому что он считал их никчемными существами. Они его раздражали. Мне не хотелось встречаться с людьми, потому как я боялся, что меня могут опознать. Тем не менее я и Брок путешествовали по всему городу, вернее под ним, но мы могли выйти на поверхность в любой его точке. Времени у нас было много, и мы развлекались тем, что Брок вел меня по новому маршруту, а я пытался определить, под какими районами мы проходим. Конечно, чтобы добыть пищу и прочие небходимые для жизни предметы, нам приходилось подниматься на поверхность и общаться с людьми. Брок делал это с неохотой. А мне было приятно. Раз в две недели мы отправлялись в долгий путь на вершину холма. Выбравшись там на поверхность, мы прятались под выступом скалы и смотрели как заходит солнце. Брок говорил, что это необходимо – смотреть на солнце. Иначе мы превратимся в кротов. Иногда, ранним утром, когда все еще спали, мы даже позволяли себе прогулки по улицам города. А где скрывались вы, если не секрет? – спросил Дэйв.

– У друзей! – ответил Тайгер.

– Служба Безопасности обнаружила вас там?

– Нет! Я решил найти одного человека, но меня ждала засада.

– И вы сумели унести ноги от этих монстров? Неужели такое возможно?

– Ну, у меня большой опыт по этой части.

– Вас теперь ищут повсюду!

– Они никогда не переставали меня искать.

– Здесь вы в полной безопасности, – сказал Дэйв. – Вы действительно не знаете, почему вас хотят убить?

– Очень бы хотел знать, зачем и кто за этим стоит.

– Что вы намерены делать сейчас?

– Хочу попытаться вернуться к своим друзьям, – ответил Тайгер.

– Они далеко? Я могу провести вас под землей.

Тайгер назвал район.

Дэйв потер подбородок:

– Далековато! Это уже пригород. Канализация вряд ли туда подходит. Может быть, новая система, но, даже если и так, по ней не пройти. Она слишком узкая. Но вы можете пока оставаться у меня. Столько, сколько вам будет нужно. Надеюсь, вы не верите в тот бред, что у Михеля Дэйва отсырели мозги.

– Знаете, так считали многие. Особенно когда вы замахнулись на Монте-Карло.

В глазах Дэйва блеснул гнев.

– Монте-Карло – это символ человеческой глупости и никчемности. Хотя без всех игорных заведений это прекрасный город. – Дэйв неожиданно открыто и ясно посмотрель на Тайгера. Глаза у него были прозрачно-серые, проницательные и чуть усталые. – Если бы мной не занялась Служба Безопасности, я бы очистил его от игорного бизнеса. У меня же получилось с Оттавой. Вы плохо меня знаете и совсем не знаете историю богатства нашей семьи. В свое время мой отец скупил нефтяные скважины у арабов. Вы думаете, это было так просто? Да это гораздо трудней, чем скупить все игорные и питейные заведения Оттавы, которые порой доставляли их владельцам немало хлопот. Разве можно сравнить казино, даже самое золотоносное с нефтяной скважиной? Казино может обанкротиться. В него может перестать ходить народ, у него может появиться сильный конкурент, его может изрядно пощипать банда игроков – профессионалов высшего класса, его, в конце концов, могут просто ограбить. Но что может произойти с нефтяной скважиной? Только одно – в ней может иссякнуть нефть. Но никто не покупает пересыхающие скважины, поскольку это легко установить, – Дэйв на короткое время замолчал, чтобы передохнуть, а потом опять продолжил: – И вот, представьте, мой отец сумел купить скважины у арабов.

– И каким же образом ему это удалось?

– Связи! Плюс восемь миллионов на взятки должностным лицам, на подкуп ученых авторитетов и распространение слухов, которые подкреплялись учеными статьями во многих газетах мира.

– И что же это были за статьи? – поинтересовался Тайгер.

– Об открытии нового сверхдешевого и экологически чистого топлива, – ответил Дэйв. – Еще три миллиона отец потратил на постройку первого завода для производства новых двигателей. Еще пятьсот тысяч для постройки первого демонстрационного образца автомобиля, работающего на новом топливе.

– И что, действительно существовало такое топливо?

Дэйв, улыбаясь, посмотрел на Тайгера:

– Ну вот, вы тут же и поверили, а представляете, как всполошились арабы. Сначала только слухи, потом научные статьи. Два миллиона ушло на разработку псевдонаучной теории, которая стала основой для изобретения. Потом появился первый завод для изготовления двигателей, работающих на новом топливе, и, наконец, первая машина с таким двигателем. Серьезный человек тратит серьезные деньги. Это убеждает. Еще до постройки завода акции нефтяных компаний на бирже стали падать. После постройки завода они стремительно пошли вниз.