– Необязательно, – возразил Тайгер. – Возможно, кто-нибудь из них и жив.

– Некогда разбираться. Бросим в залив, мертвые утонут, а живой всплывет, – успокоил его Бальбо.

Когда они, выплыв на лодке на середину залива, побросали трупы в воду, Бальбо сказал:

– Похоже, пора сматываться отсюда. Жаль, хорошее место было и до бара рукой подать.

– Куда? – спросил Тайгер.

– Да есть одно место на примете. Я, после первого налета, теперь всегда имею что-то про запас.

Остаток ночи они перевозили виски из подвала в тайник, а потом грузили оборудование на машину.

– Чудаки, – говорил Бальбо, – забрасывая в кузов длинную металлическую коробку. – Все полагают, что я каким-то особенным способом настаиваю выгнанную продукцию, а она у меня настаивается всего три дня. Все дело в том, как и через что гнать, ну и, конечно, из чего.

Бальбо вынес из дома голограмму святой Инессы, бережно замотанную в кусок материи. Он положил ее на один из ящиков, возле левого борта.

Они тихо тронулись. Тайгер сидел за рулем.

Грузовик на первой скорости выполз на дорогу. Он проехал метров сто, когда впереди вспыхнули фары. Их было шесть, и они полностью перегородили дорогу.

В следующий момент сзади тоже вспыхнул свет.

– Обложили! Эта сволочь Джоб не такой дурак, как я предполагал, – произнес Бальбо и замысловато выругался.

– Хотелось бы верить, что это Джоб, – сказал Тайгер, останавливая машину. – Впрочем, какая разница. Если они вооружены, у нас нет шансов. Там целая толпа. Они нас просто изрешетят.

– Да ну?! – вдруг злорадно ухмыльнулся Бальбо и перебрался в заднюю часть машины.

До Тайгера донеслись его неясные бормотания.

Фары впереди тронулись с места и стали медленно приближаться. Они шли в один ряд, по-прежнему перегораживая дорогу. В это время на раму лобового стекла Бальбо со стуком опустил ствол тупорылого пулемета.

– Трогай, Джон! – заорал Бальбо, устраиваясь рядом с Тайгером, и передернул затвор. – Свиньи! Я ведь никому не мешал. Я жил как птичка божья и клевал потихоньку зернышки. – Трогай, черт возьми! Хотя мог бы таскать их мешками, но я знал, что если кто-то один таскает зерно мешками, то тысяча других голодают.

Тайгер тронул машину, и Бальбо дал длинную очередь из пулемета. Впереди сразу же погасли три фары. Второй очередью Бальбо загасил еще три оставшихся. Тайгеру сразу стало видно людей, суетящихся вокруг вставших машин.

– Я, как птичка божья… – продолжал орать Бальбо, перекрывая шум пулемета. – Мне не нужна была вилла на Лазурном Берегу… Теперь у меня забрали и Шона…

В свете фар грузовика Тайгер видел, как пули пулемета опрокидывают на землю людей. Кое-кто из них пытался стрелять, но это было равносильно плевку против ветра.

Когда они вплотную подъехали к машинам, живых там не было. Бальбо полоснул пару раз для острастки во тьму и, убрав палец со спускового крючка, стал менять диск на пулемете.

– Бальбо, – негромко окликнул его Тайгер, – все кончено, уймись.

– Да? – несколько растерянно произнес Бальбо. – Так быстро? Всего лишь какая-то жалкая минута удовольствия, а потом долгие годы расплаты…

– Так всегда и бывает, – произнес Тайгер, и в это время они услышали шум машины сзади, а затем свет ее фар отразился в лобовом стекле.

– Видишь, Джон, ты неправ. – Лицо Бальбо осветила радостная улыбка, и он переместился с пулеметом назад.

Он вел себя как опытный солдат: сначала подпустил противника поближе и только потом начал стрелять.

Тайгер выбрал среди перегородивших дорогу машин «бьюик», как самый легкий, и, упершись в него бампером, сдвинул с дороги, расчищая путь.

Пулемет за спиной замолк. Тайгер переключил скорость и прибавил газу. Пройдет немного времени, и на шум, что наделал Бальбо со своим пулеметом, начнут сползаться все кому не лень, и, конечно же, в первую очередь, Служба Безопасности.

Грузовик шел на максимальной скорости.

– Куда ехать, Бальбо? – спросил Тайгер. – Бальбо, тебе что, после пулеметной стрельбы уши заложило?

Ответа не последовало.

Тайгер обернулся, но ничего не увидел. Он остановил машину и, перебравшись через сиденье, увидел Бальбо, который лежал в углу, прижавшись лицом к своей голографии.

Тайгер, склонившись над ним, пощупал пульс и почувствовал под своим пальцем лишь слабое движение жизни. Гений был жив, но эта жизнь едва перевешивала смерть. Тайгер сунул руку под одежду Бальбо и обнаружил там кровь. Рана была серьезной.