Стихи
вернуться

Белавина Нонна Сергеевна
Шрифт:

Моей музе

Должно быть постарела ты теперь И по ночам тебе все крепче спится… А помнишь, как сквозь запертую дверь Влетала ты, как сказочная птица. Теперь ты тяжелее на подъем, Тебя пошевелиться не заставишь, И чаще мы молчим с тобой вдвоем, Забыв, как прежде грезили о славе. А вдруг еще ослепнешь вскоре ты? Оглохнешь? И весною не услышишь, Как легкий ветер шевелит кусты И воробьи чирикают на крыше. О, если б ты могла еще взглянуть И хоть одной строкой могла отметить Тот миг, когда уйду в последний путь, Последний миг на этом свете.

О словах

Я верю тебе. Глазам твоим и губам, Я знаю — они не лгут. Но как утолить мне жадность к словам, Что душу, как губы, жгут? К словам, что, как музыка, нежат слух, Что лучше всяких поэм? Ты их не заменишь касанием рук, Ты их не заменишь ничем. И странно: быть может, словами лгать Легче, чем взглядом, всегда? Ведь могут слова хорошо звучать, Но быть пусты, как вода. И все же нельзя отказаться от слов, Как от верных своих друзей. И самое старое слово «Любовь» Звучит каждый день новей.

«Средь всех незабвенных встреч…»

Средь всех незабвенных встреч, Средь бед и радостей разных — Мне б красною цифрой лечь В твой календарь, как праздник. И так зачеркнуть собой Всех праздников вереницы, Чтоб скучной твоей зимой Лишь я могла тебе сниться. И пусть, когда тишину Назвать сестрою захочешь, Меня, лишь меня одну Из прошлого вынут ночи. В часы бессонниц твоих, В тиши надоевших комнат, Пускай этот дерзкий стих Меня, как праздник, напомнит.

«Будет день — я знаю наперед…»

Сыну

Будет день — я знаю наперед, Будет день — когда? — никто не скажет, Путь — не наш — тебе под ноги ляжет, Ключ твой дверь — не нашу — отопрет. Ты войдешь в другой какой-то дом… Женщина тебя другая встретит, Женщина, что ближе всех на свете Станет для тебя потом. Лишь бы только встретила любя, Ласково бы руки протянула, Никогда ни в чем не упрекнула, Никогда ни в чем не обманула, — Я тогда ей подарю тебя. Пополам я сердце разделю, И отдам вторую половину Той, что моего полюбит сына, Той, кого за это полюблю. И быть может получу в ответ В годы, что ведут уже к развязке, Детских рук объятия и ласки Детских глаз доверчивый привет. 1968

Ранний час

Утро, как ночь, в этот ранний час… Призраком город встает вдали. Там высоко этажи зажгли Тысячи зорко глядящих глаз. Здесь темнота, И далек рассвет. Утро, как ночь. Из слепых окон Мне на дорогу не брызнет свет… Тихо… Лишь лужиц подмерзших звон. Тени спешат со мной по пути. Кажется мне, что и я, как тень… Трудно еще от снов отойти, Трудно поверить в грядущий день. Не отличить утра от ночей! Все-таки вырвусь из сна! И всласть В память, как в сумку, что на плече, Бережно стану находки класть. Скрип и следы лап на снегу… (Вижу во тьме… Слышу в тиши…) Я в тайниках жадной души Все, что сейчас найду, сберегу. Лужицы звон… Шуршание крыл… (Дрозд пролетел в спящем саду). И одинокую в небе звезду, Ту, что Господь потушить забыл!..

Статуя

Я была вакханкой. А ты не знал И любил меня, как святую, И руки мне, склонясь, целовал, Мадонну с меня рисуя. Я была вакханкой!.. А ты не знал! Называл богиней упрямо. И в честь мою везде воздвигал Золотые светлые храмы. И все поверили. Побороть Пришлось с трудом и тоскою Мою горячую жадную плоть Молитвой и покоем. Ну что ж! Такой ты сделал меня, Такую воспели в одах, А ту, живую, всю из огня, Резцу и кисти не отдал. Ты выдумал эту святость мою! И вот у ступеней храма Теперь я статуей белой стою И люди целуют мрамор. Над головой моей тонкий нимб… Но что-то людей тревожит. И шепчут: «На губы ее взгляни! Святая? Нет! Не похожа!»

Рим

Я к тебе возвращусь, пока мне Так отрадно летать по свету, Чтобы трогать руками камни Те, что солнцем веков нагреты. И плечами руин касаться, От волненья почти немея, По широким бродить пьяццам И стоять у стен Колизея. И с того холма, на котором Задержались мы как-то, молча, Наблюдать, как отрытый форум Оживает лунною ночью… Я к тебе возвращусь, мой город, Чтобы слышать фонтанов шумы, И под сенью твоих соборов Вновь о жизни вечной подумать. В этот век надменно-дешевый Что тебе мирские тревоги? Ведь примята ногой Петровой Пыль на Аппиевой дороге. И тебе ль страшна быстротечность Этих лет, что летят, как птицы, Если каждым обломком Вечность В воды Тибра светло глядится?..

«Почти что старость! Но в старости тоже…»

Почти что старость! Но в старости тоже Есть радостей теплый свет… И вот бегу я, так странно похожа На девочку давних лет. В витрины, как в зеркала, бросаю Спокойно-веселый взгляд. В витринах не видно, что я — седая, Не виден морщинок ряд. Но ту же, прежнюю легкость в теле Отражает мне глубь стекла, Как будто годы не пролетели И молодость не ушла, Как будто не было войн и горя И трудных чужих дорог… Как будто… Но ведь все в прошлом. А вскоре Мне радость новую Бог Готовит в награду за все морщины, За старость, что ждет меня: Ведь скоро зажжется в ребенке сына Свет моего огня. И внуки в жизнь понесут эстафетой Теплый мой огонек… Какое счастье! Разве не в этом Бессмертия залог?