Петров. Рад познакомиться. Ну, ноль-ноль минут, как говорят военные. (Подходит к Правдину.) Какой город вы запроектировали? Поживем, как думаете?

Правдин. Насчет себя не уверен, мне, может, до главной улицы не дойти. Вот Наташка — да.

Петров. Наташка? Дочь?

Правдин. Внучка. На нее ориентир держу.

Петров (весело). Что вы, и мы дойдем, товарищ Правдин. (Шуру.) Дойдем?

Шур. Безусловно.

Петров. Как вы считаете, Александр Михайлович?

Горбачев. Я рассчитываю дойти вместе с вами, Иван Васильевич!

Петров. К полету готовы?

Горбачев. Конечно. Хотя, между нами говоря, я впервые в жизни воспользуюсь самолетом. К вечеру закончим отмывку — и все будет готово.

Входит Сорокин.

Сорокин. Здравствуйте, товарищи. Здравствуйте, Иван Васильевич. Простите, я немного запоздал. Александр Михайлович, здравствуйте!

Петров (Сорокину). Что же вашего хозяина нет?

Сорокин. Степан Петрович всегда немного опаздывает. Популярная личность в городе. Каждый считает за честь поговорить.

Петров (присматриваясь). А вы почему в горкоме не бываете?

Сорокин. Дни и ночи на стройке.

Петров. Вы когда-нибудь серьезно разговариваете?

Сорокин. Иван Васильевич, я к делу всегда серьезен.

Горбачев (Шуру и Правдину). Весь центр, пригороды, вокзал — все уже можно упаковать.

Шур и Правдин забирают проекты и уходят.

Петров. Товарищ Сорокин, как эти домики, будут удобны для жилья?

Сорокин. Да. (С удивлением рассматривает проект.) Это совсем новый проект? А как Степан Петрович посмотрит?

Петров. Нас интересует ваше мнение, ваша точка зрения.

Сорокин. Наша... то есть моя? Да, понимаете, если взглянуть с точки зрения масштаба, здесь, конечно, есть эти... но, с другой стороны, известная одухотворенность...

Петров. А если без одухотворенности?

Сорокин. Без одухотворенности?

Петров. Мне лично нравится.

Сорокин. Превосходно. И с жизненной стороны. Новые формы... они задевают... Чувствуется полет, забота. При домике садик. Вишни могут расти, черешни. Замечательная, совершенно оригинальная мысль, Иван Васильевич, со временем можно и цитрусы... Нет, я теперь вижу, насколько вперед шагнула архитектурная мысль. База появилась. Мне нравится ваша работа, Александр Михайлович.

Горбачев. Спасибо.

Сорокин. Я вижу, что наши споры не пропали даром.

Петров. Итак, вы нас поддерживаете?

Сорокин. Безусловно. С первых дней, как вы приехали...

Входит Ратников.

Ратников. Прошу извинения, спешил, но задержали.

Петров. Времени мало, перейдем к делу. Александр Михайлович, пожалуйста. (Присел в стороне.)

Горбачев. Видите ли, Степан Петрович, я сделал проект несколько иначе. Одним словом, вопреки вашим указаниям.

Ратников. Вы все по-своему... Художники... Не являетесь, когда вас просят.

Горбачев. Я работал.

Ратников. Ладно, ладно. Ведь мы же с вами договорились.

Горбачев. Вот новый поселок.

Ратников (рассматривает). Подождите, подождите. (Недовольно.) Коттеджи? Ну-ка, дайте мне мой проект.

Горбачев (подавая проект). Этот проект хуже.

Ратников. Ну уж, что лучше, что хуже, вы дайте нам разобраться. Мы стоим к народу ближе и, честное слово, его нужды и запросы знаем лучше, чем вы. Нам оказали доверие, разрешите его оправдать. Мы тоже кое в чем разбираемся. Следим за архитектурной мыслью и, будьте покойны, ренессанс отличим от ампира... Человек завтрашнего дня хочет жить иначе.

Горбачев. Завтрашний день готовят люди, живущие сегодня, и мы в течение полугода поселим в домах тысячи людей.