Следует признать, что она не была безучастным наблюдателем. Она водила его к бабкам, чтобы вылечить от алкоголизма. Она просила председателя колхоза взять его на работу. Она плакала. Она молилась. В общем, делала все, что требуется.

Беда случилась в понедельник. Клава была на работе, когда в магазин забежала соседка и крикнула, что дом горит. Прибежали. Все пылает. Володя там. Тушить бесполезно. Обмотала платком голову и кинулась спасать мужа. Чуть не задохнулась, но мужа на улицу выволокла.

Приехала машина «скорой помощи» и увезла его в больницу.

Отчего сгорел дом, так и не выяснили. Скорее всего, Володя проснулся и закурил в постели, а потом опять уснул. Так или иначе, а супруги поселились в больнице в соседних палатах. Причем Клава пострадала больше мужа. К ожогу на голове добавились проблемы с легкими. Да и руки сильно обгорели. У мужа ноги пострадали и спина, но, слава богу, он остался жив.

Так Володя вернулся к церкви.

За забором больницы находилась церковь, в которой служил священником отец Тимофей, знавший еще отца Володи. Выздоравливая, супруги часто сидели во дворе больницы, как раз у этого забора. Его и забором-то назвать было трудно. Низкая такая изгородь из камней, скорее для вида, чем для охраны.

Так вот, однажды поздоровался с ними отец Тимофей, который обрезал ветки на деревьях. Видя трудности священника, который один пытался выполнить несложную, но трудоемкую работу, Володя вдруг предложил помочь. Рост, как вы помните, у него был высокий. Он перешагнул через забор и влез на лестницу, которую придерживал священник. Когда окончили, присели передохнуть-покурить и, конечно, поговорить. Клава благорассудочно не вмешивалась. Разговор получился примерно такой:

– Пьянствуешь, Володя, слышал.

– Было такое, допился. Чуть жив остался.

– Отец твой грешил этим. По его стопам хочешь пойти?

– У каждого своя дорога, хоть все они и похожи.

– А было время, отец твой маяком среди людей был. Отчего лучшее не возьмешь от него?

– Мозги заплыли. Ничего не знаю. Ничего не понимаю.

– Не ты один такой. Все ищут покоя души. Много слабых людей, а ты, я вижу, не из таких. Тебе надо за ум браться. Так жизнь потеряешь. Не дело это – жить сорняком.

– Да все я понимаю. Только занесло меня куда-то не туда.

– Смотри, это тебе было предупреждение. Мог умереть, но Бог решил иначе, задумайся. Следующего раза может и не быть. Когда последний раз в церкви был?

– Не помню.

– Не помню. Так и отца, и мать своих забыть недолго. Мать, когда маленьким был, часто приводила тебя, а как вырос, забыл дорогу к церкви. Вот и сбился с пути праведного.

– Да, отец, надо подумать. Могу я еще что-нибудь сделать для вас?

– Работы много. Церковь надо побелить, обновить. Полы по углам перестелить, покрасить. Всего не перечесть. Приходи. Всегда рады.

Володя встал вслед за священником, который его перекрестил и дал поцеловать руку.

Уже переступив изгородь, Володя обернулся на голос священника:

– Ты на службу вечером приходи.

– Куда я в таком виде, – и он распахнул больничный халат, показывая пижаму.

– Приходи, приходи. Ничего. В любом виде. Это не страшно.

И Володя пришел. Пришел он и на следующий день. Работал много. Врачи ругались, но понимали, что так надо.

Выйдя из больницы, он с помощью соседей и односельчан довольно быстро отстроил дом, но на работу не устроился, все свободное время продолжая проводить в церкви.

За все время он не притронулся к стакану, и теперь Клава этому радовалась.

Ночи он часто просиживал за Библией или молился на икону Спаса, подаренную отцом Тимофеем.

А где-то через год его избрали главой прихода, и он стал авторитетным и уважаемым в селе человеком.

Но, несмотря на это, он удивил отца Тимофея, когда пришел просить благословения и рекомендации для поступления в духовную семинарию.

Они долго беседовали. Отец Тимофей все пытался понять: не забыл ли Володя, каким был? Не забыл ли он, как пришел к вере? Истинно ли он верит, ведь путь священника труден…

В итоге Володя стал семинаристом и получил диплом с отличием.

И Клава за это время изменилась. Она оставила магазин и пошла в пекарню. Появился неизменный платок темных тонов и соблюдение всех христианских праздников и постов. Она терпеливо ждала возвращения мужа и со смиренной радостью, как и подобает христианской жене, встречала его, приезжающего на каникулы.

Он вернулся. Сначала помогал отцу Тимофею. Через непродолжительное время, став священником Феодосием и получив благословение, он отправился на приход в Подмосковье.