Джейн бросила туфлю, перешагнула через диванную подушку, подошла к рабочему столу и включила компьютер. Усевшись на стул, она вперила взгляд в экран монитора, делая вид, что ей абсолютно все равно. Так всегда поступала ее сестра, когда дети начинали капризничать. Гвен не раз говорила ей, чем больше обращаешь внимания на их проказы, тем непослушнее они становятся. То есть акцентировать внимание следует на хорошем поведении. Джейн не оставалось ничего другого, как попробовать эту методику — ее последнюю надежду.

Чарльза совсем не устроил такой поворот. Словно испытывая нервы Джейн на прочность, он принялся носиться по комнате, громя все, что попадалось на его пути. Джейн лишь ожесточенно стучала по клавишам, не обращая на него никакого внимания. На экране уже громоздились листы полной абракадабры, когда Чарльз выдохся. Пыхтя, он добрел до стула, на котором сидела Джейн, а затем неожиданно растянулся на ковре прямо у ее ног. Это была победа!

Однако Джейн не спешила торжествовать. Для начала стоило закрепить успех. Наклонившись, она почесала кота за ухом, погладила по огромной лобастой голове и... вновь уткнулась в экран монитора. Отложив уборку на потом — вдруг Чарльзу опять захочется порезвиться — Джейн решила немного поработать. В конце концов, она все равно уже включила компьютер!

Примерно через два часа раздалось требовательное «мяу!» — первый звук, который она услышала от его величества. Джейн бросила на Чарльза быстрый взгляд и вновь вернулась к работе. Чарльз встал, беспокойно покрутился и снова мяукнул — уже гораздо требовательнее и даже с некоторой угрозой, а потом выбежал из гостиной.

Кажется, он проголодался, решила Джейн и встала.

Но вместо того, чтобы сидеть на кухне, ожидая порции консервов, Чарльз стоял у двери ванной комнаты и пристально ее рассматривал.

Ага, здесь он еще не был, вспомнила Джейн и тут же с ужасом подумала о том, что может сотворить это чудище в вышеупомянутой комнате.

Как Джейн успела убедиться, Чарльз просто обожал любые возвышенности. У кота явно наблюдалась мания величия в запущенной форме. Но в ванной комнате существовала только одна полка, и вся она была сплошь уставлена довольно дорогостоящими шампунями и разнообразными средствами по уходу за телом. Так Джейн баловала себя. Некоторые предпочитали развлечения, некоторые тратились на шмотки или обувь или даже налегали на сладкое, а Джейн обожала всякие разномастные вкусно пахнущие баночки с лосьонами, кремами, масками и прочим.

Страшно подумать, что будет со всем этим богатством после визита в ванную комнату Чарльза.

— Нет, ваше величество, — как можно тверже сказала Джейн. — Туда вам вход категорически воспрещен. Можете и дальше громить мою квартиру, но туда я вас не пущу!

Кот едва удостоил Джейн вниманием, а его «мяу!» сначала стало угрожающе-утробным, а потом и вовсе перешло в вой, напоминающий пожарную сирену. Похоже, у кота истощилось терпение. Джейн поняла, что если немедленно не выполнит требование Чарльза, то он своим воем переполошит соседей, а те вполне могут вызвать полицию и обвинить ее в жестоком обращении с животными.

— Ладно, твоя взяла... — Джейн только успела приоткрыть дверь, как кот, растеряв свое величие и вальяжность, буквально ворвался в ванную комнату.

Джейн удивленно застыла, а потом нахмурилась. Такая поспешность была совсем не в духе Чарльза. И вот тут ее осенило, после чего у девушки от ужаса просто перехватило дыхание. Как она могла упустить из виду такую важную, суперважную вещь, как кошачий туалет?! И этот негодник Кайл даже ничего не сказал и не напомнил! Когда Джейн представила, что сейчас будет с ее новым ковриком для ванной, который она приглядывала и любовно выбирала целую неделю, перед ее глазами поплыли круги. Она, по-прежнему плохо соображая, заметалась по небольшому коридорчику, потом опрометью кинулась в гостиную, схватила с пола несколько глянцевых журналов, безжалостно скомкала их в бесформенный комок, потом отшвырнула, выхватила из кресла воскресную газету и кинулась обратно.

Чарльз сидел на унитазе. Он посмотрел на Джейн так сурово и неодобрительно, что бедняжка, прижимая к груди смятую газету, залилась румянцем от корней волос до кончиков пальцев на ногах. Глупо пробормотав: «Извините», — она убралась за дверь. И только потом до Джейн дошел весь комизм и даже идиотизм ситуации. Она зажала рот ладонью, чтобы не расхохотаться во весь голос и тем самым еще больше не оскорбить чувств Чарльза.

Прошло довольно много времени, а Чарльз по-прежнему не выходил. То ли был смущен, то ли оскорблен, то ли искал слив на унитазе. Возможно, в квартире Кайла была другая система, и кот не мог сориентироваться. Но Джейн не смела войти в ванную комнату: она была не в силах снова увидеть оскорбленную морду Чарльза...

Тут дверь медленно открылась, и Чарльз прошествовал на кухню, не удостоив Джейн и взглядом. Вздохнув, она поплелась следом.

Чарльз сидел посреди кухни, уставившись мрачным неподвижным взглядом в стену. Переживал.

— Чарльз, извини... — тонким голоском сказала Джейн. — Я не хотела...

Кот бросил на нее презрительный взгляд, встал, нервно дернул хвостом и забрался под стол. Хвост остался снаружи. Наверное, для того чтобы Джейн на него нечаянно наступила и почувствовала себя настоящим извергом, к тому же совершенно несчастным извергом.