– Эй, в чем дело?!
– воскликнула она.
– У тебя вид такой, как будто соседский кот съел твою любимую канарейку! А ну-ка! Слушай, это приказ: улыбка медленно ползет к ушам!

Тут невозможно было не улыбнуться. И хотя плейбой не вернулся, я вдохновился на совершенно невообразимую выходку. Я стащил с себя рубашку и протянул ей.

– Завяжи мне глаза.

– Будем играть в жмурки?
– спросила Лена, выполнив мою просьбу.

– Еще в какие жмурки, - ответил я, подхватил Лену на руки и побежал.

Я бежал, а сердце было готово выскочить от страха, ведь с тех пор, как я в последний раз подтверждал звание Чемпиона Косы, прошло не менее десяти лет, а тут - еще девушка на руках, и если б мы растянулись вдвоем на песке, я б действительно выглядел полным кретином. Но оказалось, что научиться бегать по косе - все равно, что научиться кататься на велосипеде: освоив эту науку в пять лет, хоть всю жизнь не катайся, а, выйдя на пенсию, сядь - и поедешь. И под визг Лены я благополучно добежал до конца косы и мы плюхнулись в воду.

– Ты с ума сошел!
– крикнула Лена.

– Неудивительно, - ответил я, стаскивая с глаз повязку.
– От тебя любой с ума сойдет.

– Мы могли бы разбиться!

– Не могли. Так бегать я еще в детстве научился. За это меня прозвали Чемпионом Косы, а потом просто стали звать Косым.

– Так ты и есть Косой!
– воскликнула Лена.

– Ага, и поэтому бегаю с закрытыми глазами - чтобы не спотыкаться из-за косоглазия, - ответил я.

И тут я нащупал под ногами дно, встал, притянул к себе Лену и вдруг понял, что сейчас поцелую ее. Мне стало страшно, но теперь страх существовал как бы отдельно от меня. И я обнял ее и поцеловал. Страх тут же улетучился, и мне просто было интересно, что произойдет дальше.

– У меня мокрое платье, - сказала Лена.

– Это пустяки, - ответил я.
– Пустяки, по сравнению с тем, что я тебя люблю.

– Ты сошел с ума.

– Нет, я очень трезво смотрю на вещи и знаю, что мы через месяц поженимся.

Лена посмотрела на меня и сказала:

– А ведь я могу обидеться. Зачем ты это сказал?! У тебя ж девиц навалом. Я таких, как ты, за версту узнаю. От тебя нужно держаться подальше, потому что ты сердцеед, в тебя женщины влюбляются по уши с первого взгляда, а ты этим пользуешься.

Видимо, я слишком хорошо вошел в роль плейбоя. Но как бы там ни было, через месяц под свадебный марш Мендельсона мы переступили порог ЗАГСа на улице Летной.

А через пять лет я лежал без сознания на берегу пруда возле Волкова кладбища, и чужая жена била меня по щекам, а сама рыдала от счастья.

– Женя, Женя! Мы на Земле! На нашей Земле! Смотри, это же наш пруд!
– ее горячие слезы падали прямо на меня.

Я приподнялся на локте, обернулся и увидел пруд и косу. Вид знакомого с детства места подействовал на меня как живая вода на мертвого богатыря. С ликующим нечленораздельным воплем я вскочил, зажмурился и побежал вперед к косе. Наконец-то закончилось наше невероятное приключение! И закончилось благополучно, хотя на наше спасение не было ни малейшего шанса. Я хохотал от счастья и бежал с закрытыми глазами, вытянув вперед руки. Под ногами скрипнул песок, это значит, что я добежал до косы, потому что она была песчаной, а берег покрыт травой. И в то же мгновенье я кувыркнулся в воду. Это произошло так неожиданно, что я даже немного нахлебался, на что не обратил внимания. Для меня невероятным было то, что я, Чемпион Косы, сорвался в воду, не пробежав по косе и двух шагов! И тут я обнаружил странную вещь: коса выгибалась в правую сторону!

Оглядевшись по сторонам, я обнаружил, что вообще весь ландшафт изменился так, как будто за время нашего отсутствия кто-то вывернул его наизнанку. Овраг, по которому проходило русло ручья, впадавшего в пруд, находился слева от меня. Хотя я прекрасно помнил,что, когда стоишь в воде лицом к берегу в том месте, где стоял я, овраг находится по правую руку. Справа возвышался пригорок, который всегда был слева.

И коса всегда изгибалась влево.

Тут я, наконец-то, заметил, что и Волково кладбище исчезло. А вместе с ним исчезло все, что могло хотя бы отдаленно напоминать присутствие человека.

Я вышел на берег. Вода текла с меня ручьями, и я пожалел, что так опрометчиво бросился в пруд, потому что наши похождения явно еще не закончились, в свете чего сухая одежда не помешала бы.

Вика сидела на траве и продолжала рыдать, все еще от счастья.

– Это не наша Земля, - мрачно сказал я.