Ольге Васильевне.

Яркое солнце застыло в небе.

У края же леса, где две сосны,

Весна, позабыв обо всём на свете,

Ещё не проснулась и видит сны.

Рассыпав по хвое душистые косы,

Едва ли стыдится своей наготы:

Нежится сладко в сиянии солнца

Вечно прекрасная жрица любви.

Эхо молчит, и с ним ветер – тоже.

Тихо. Лишь слышится пение птиц.

Одно только солнце ласкает кожу

Милой царицы земных всех цариц.

Давно она спит.

А проснуться не в силах.

Верно и ей тот же грезится сон,

Не первый уж век дам тревожащий в мире –

– О том, что в неё кто-то страстно влюблён.

05.03.96.

Я как язычник начинаю год...

Маргарите Алексеевне

в День Рождения.

Я как язычник начинаю год

Не с зимней стужи Рождества Христова,

А с той поры, что нам дарует плод

И в мир приносит жатву, а не слово.

Когда я радуюсь, едва открыв глаза,

Тому, что утро спряталось в тумане,

Что воду в бочке затянуло коркой льда,

А сердце щемит в сладостной печали.

Когда в деревне закрываю дом,

В нём заточив все дачные заботы,

Тогда лишь чувствую, натруженным хребтом,

Что Новый Год, что счастье, что свобода!

10.10.96.

Снежинка падает в раскрытую ладонь...

Маргарите Алексеевне, в

Новый Год и на Рождество.

Снежинка падает в раскрытую ладонь,

Порой, как мысль негаданная в душу.

Скажи, зачем, беспечный предок мой,

Когда-то вылез ты из тёплых вод на сушу?

Скажи, зачем, ты свой уютный ил

Покинул, ради звёзд и ради ветра?

Ах, да, прости, я как-то позабыл,

Что ты, увы, искал совсем не это!

Ведь ты хотел не звёзды, а покой,

Не шёпот ветра, а всего лишь пищи,

И знать не знал, идя этой тропой,

Что добредёшь и до моей ты жизни.

И я не знал, что мысль здесь обрету,

Что появлюсь когда-то здесь и где-то,

И за свою и за твою судьбу

Терзаем буду поиском ответов.

И вот от мыслей мне покоя нет:

Они, как вихри первозданной вьюги,

А не как лёгкий и пушистый снег,

В меня врываются и жалят, словно мухи.

15.12.96.

Я рад зиме: скромны её наряды...

Тамаре Григорьевне.

Я рад зиме: скромны её наряды.

Расцветке белой благодарен взор,

Когда, от пёстрой осени, усталый,

Ищу на окнах кружевной узор.

Мне сладко слышать скрип морозный снега,

Безумный вскрик далёкого гудка:

Легко ведь на ногу зимою, в холод, эхо –

– Его не держит за руку листва.

Сияет солнце на лице румянцем.

Катается до ночи детвора.

Оденутся актёры вскоре в старцев:

Мешок с подарками, седая борода.

Снеговики, снегурочки и ёлки –

– Наверно, с этим ныне, как всегда,

Если взобралось папе на закорки

Горластое и шумное дитя.

Раскисший снег, нарядные витрины.

Опять шампанским встретим Новый Год.

Жаль, что запрётся снова по квартирам

Дорвавшийся до выпивки народ.

А, впрочем, пусть себе! Унылое веселье,

Едва ли будет всем нам не к лицу:

Теперь и жизнь у всех, такая же, как двери –

– Красна запорами, ведущими к крыльцу.

Раскину в полночь зимнее гаданье.

Ах, почему едва горит свеча?