В августе 1991-го почти незамеченным прошло сообщение: найден один из автоматов, из которого убивали таможенников — оружие обнаружено на складе советской армейской части…

А оружие, похищенное у убитых, хранилось на базе вильнюсского ОМОНа — у заместителя его командира, Владимира Разводова. После августа 1991-го Разводов вместе со своими бойцами исчезает из Вильнюса. И появляется в Москве — в качестве слушателя Академии МВД! Позже он исчезает и из академии — на него объявлен розыск. Все еще ищут.

Немало, видимо, знает про бойню и небезызвестный Чеслав Млынник. Но Литве его не выдают, допросить тоже не дают. Формально российская Генпрокуратура всей душой готова помочь литовцам в поисках убийц. Но только душой. На деле же российские прокуроры вполне дипломатично посылают литовских коллег куда подальше.

Литовцам удалось связаться с бывшим командиром вильнюсского ОМОНа Болеславом Макутиновичем. Тот согласился дать показания, но только через посредника — российскую Генпрокуратуру, которая, по словам Макутиновича, знает, где его искать. Литва обращается в Генпрокуратуру с официальной просьбой. Ответ: местонахождение Макутиновича неизвестно…

Литовским следователям удалось вычислить предполагаемых убийц: Рыжов А. Н ., Сидоров М. Ю ., Горбань И. Р ., Лактионов А. К ., Михайлов В. Г ., Барыкин В. В ., Лящ И. В ., Астратов В. Т ., Мироненко М. М . Ответ из российской прокуратуры гласил: указанные лица никогда не работали в системе правоохранительных органов СССР и их имен нет в картотеке персонального учета; местонахождение данных лиц установить невозможно…

Удалось лишь узнать, что Разводов с помощью российских спецслужб поменял фамилию и некоторое время жил в Приднестровье. Млынник отбывает срок в России за незаконное ношение огнестрельного оружия. Трое же из вышеназванного списка, по неофициальным данным, мертвы — их убили. Много знали?

У вильнюсского и рижского ОМОНов были специальные задачи, и подчинялись они не республиканским министерствам — Москве. Более того, реальные омоновские покровители и руководители сидели не в ведомстве покойного Пуго, а в конторе ныне здравствующего Крючкова. Если чекисты взяли террористов под свое крыло, значит, они были нужны Лубянке? На будущее. А тройка знающих слишком много, или несдержанных на язык, а то и собственно исполнителей — замолчала навсегда?

Взрывы в московском метро (станция «Тульская») и в троллейбусах прогремели именно тогда, когда они были нужны — после президентских выборов (июль 1996 г.). Специалисты, с которыми удалось проконсультироваться, утверждают, что это неплохо сработала профессиональная рука. И сработала под дилетанта. О чеченском следе заговорили сразу же: чеченских диверсантов с явным нетерпением ждут в Москве аж с 1994 года. Дождались?

Уж больно долго ждали, чтобы так легко, без малейших доказательств, в это поверить. А как же Радуев, который берет на себя все? Ну, мало ли что сей тип мог наплести, отчаянно пытаясь повысить свой «рейтинг». На деле кишка у него, если и не тонка, то тонковата — для операций в Москве.

Техника теракта странновато-«гуманная»: безоболочечное взрывное устройство (толовая шашка?), простенький будильник в качестве таймера. Даже московские бандиты пользуются куда более надежной техникой! Террористы хотели лишь попугать, дать материал для шумихи в прессе? Странные какие-то террористы.

Да и нужны ли были тогда чеченцам взрывы в Москве? В пользу этого сомнения говорит захват боевиками Грозного в августе 1996-го: лучшей по пропагандистскому эффекту операцию и придумать трудно.

Римляне в таких случаях вопрошали: «Кому выгодно?» — А тем, кто воспользовался взрывами как предлогом для новой активизации боевых действий в Чечне, тем, кто в начале августа торжественно провозгласил: боевики полностью разгромлены… И тем, кто прорабатывал планы введения чрезвычайного положения в Москве, тем, кто так жаждал тогда «поставить на место» «много на себя взявшего» Лебедя. Кому все это под силу? Пожалуй, лишь государственной службе — специальной. Кстати, почему те взрывы сегодня стараются даже и не вспоминать, моментально забыв о них, стоило чеченской проблематике уйти с авансцены — уж, не по той ли причине, что следствие и террористы — две руки одного тела (ведомства)? В таком случае Лужков может не опасаться за судьбу обещанных им за поимку преступников миллионов долларов — они никогда и никому не будут выплачены… (И ведь таки не выплачены!)

К серии этих же загадочных убийств, покушений, взрывов примыкает еще одно событие — отравление видного деятеля банковского мира Ивана Кивелиди (иногда фамилию пишут чуть иначе: Кивилиди) в августе 1995 года. Можно, конечно, сказать: обычные, мол, криминальные разборки — наезды, «крышевики», конкуренты постарались или долги не отдал… Но эти версии в банковских кругах мне не подтвердили. Кивелиди не был слишком удачливым и крупным финансистом, зато пользовался большим авторитетом и был способен стать неформальным объединителем тех банкиров, которых не устраивали государственные драконовские правила игры, кто не желал превращаться в придаток государства. Проще говоря, инициатива Кивелиди явно угрожала тем кругам, которые привыкли сосать государственную казну, бороться с конкурентами при помощи госструктур, для которых нестабильность и кровавая муть чрезвычайщины — питательная среда.