— Почему? — не удержалась от вопроса Лариса.

— Потому что они рассказали бы соплеменникам о том, что тут творится, — вместо старика угрюмо ответил Дмитрий.

— Не только, — возразил шаман. — Главное, что они могли рассказать о тебе и вернуться сюда с другими.

— Но ведь они ничего не взяли, когда воровали девушек.

— Тогда они не знали ценности всего, чем ты владеешь. Пожив с тобой и поработав, они сумели это оценить, а значит, сумеют рассказать остальным. Не смотрите на меня так. Мы предложили им остаться и стать равноправными членами племени, даже хотели отдать им девушек, за которыми они отправились. Но они отказались. У меня не было выбора.

— Может, ты и прав.

Похоже, остаться в белых перчатках все же не получится. Жаль. Не хотелось бы идти по жизни обагренным кровью, но, видно, иного пути нет. Конечно, хотелось бы помочь сауни и при этом обойтись без жертв, но другие так не думают, так что эти смерти — только первые в череде бесконечного множества. Даже если племя окрепнет и станет сильнее других, те не станут просто смотреть со стороны, они будут совершать набеги, грабить, убивать. В свою очередь сауни будут их за это карать, давая понять, что лучше сидеть в своих рулах и охотиться на зобов, торговать с более богатыми соседями, но даже не допускать мысли поднять на них руку. Сам Дмитрий так поступит, без тени сомнения, так чего же так реагировать? Наверное, потому что он подспудно считал их уже своими соратниками. Ладно, в сторону чувства, все одно ничего уже не изменишь.

— Я могу прислать сюда двух мужчин, четырех женщин и десять детей. Они из разных родов. Так что мужчины возьмут на себя заботу о женщинах. Эту зиму ты сможешь перезимовать, Волки поделятся своими припасами. Сможешь ли ты обеспечить их необходимым на следующий год?

— Суметь-то сумею, но не кажется ли тебе, что ты слишком торопишь события? Мне рвать жилы, стараясь всех прокормить, или думать над тем, как налаживать развитие? Ты уж определись.

— Это одно и то же. Сам же говоришь, что местные мужчины ленивы. Но лень эта не от рождения, она от образа жизни. Среди тех детей семь мальчиков, вот и пусть воспитываются в труде, а не в охотничьих забавах.

Смотри-ка. Попал сюда одиннадцатилетним мальчишкой, вырос среди дикарей, а рассуждает… Интересно, а кем бы ты был, если бы остался там? Может, президентом, и того бардака, что случился, не было бы и в помине? Ну президентом или нет, но уж точно не подметал бы улицы и не валялся под забором. Кроме стержня, в нем чувствуется и недюжинный ум. Может, он и не знает, как найти руду, сделать лук или начать возделывать землю, но он прекрасно разбирается в людях и в том, как ими манипулировать. Ладно. Взял карты — играй.

— И еще, — продолжил Максим. — Место для поселка ты выбрал неудачное. Хорошо бы организовать переезд.

— Стоит ли городить огород? Мы уже практически обжились, огород уже готов.

— Стоит. Тут не живут не потому, что это ничейные земли или проходит граница. Место дурное.

— Рохт ничего такого не говорил.

— А ему и не нужно знать. Места стоянок определяют шаманы, это их забота, а не вождя. Давно заведено, что место дурное, и все тут. Не нужно давать другим лишний повод. Да и неудобное оно, даже если забыть про опасность. Тут нужно вырубать лес, чтобы разбить поля, а зачем это нужно?

— У озера свои преимущества. Например, полуостров удобно оборонять.

— Все зависит от того, сколько будет обороняющихся и нападающих.

— Не думаю, что сюда отправится целое войско.

— Согласен. Но скажи, ты собираешься все время воевать или работать?

— Сдаюсь, — вздохнул Дмитрий.

— У меня есть на примете одно местечко, оно в глубине нашей территории. Трое суток пути.

— Переезжать сейчас?

— Тянуть нельзя.

— Но мы только обустроились, — попыталась втиснуть свои пять копеек Лариса. Еще бы, она только обзавелась своим домом, а ее, похоже, выселяют в рул.

— Выбор за вами, но здесь оставаться опасно.

— Лариса, похоже, выбора у нас нет.

— А как же огород?

— Ну однажды картошка уже выросла по весенней вскопке, вырастет еще раз. Но ты права, зимовать нужно здесь, с переездом будем заморачиваться только по весне.

— А пшеница и ячмень?

— Что-нибудь да останется, не думаю, что охотников заинтересуют зерновые. Это ведь женское занятие. Выбора нет, Вейн прав: в глуби территории сауни мы будем в большей безопасности.

— Лучше переехать сейчас, — гнул свое шаман.

— Не получится. За зиму мне нужно будет смастерить необходимые инструменты. Кузнец из меня тот еще, так что времени это займет много, сразу-то не получится. Иначе, считай, потеряем год.

— Год — это не так много.

— Это как считать. Я понимаю, что тебе хочется нас обезопасить, но потеря времени выйдет изрядная. А здесь у меня уже практически оборудованная кузница. Бревна под навесом, думаешь, на дрова сложены? У тебя с луком не получилось — думаю, у меня выйдет. Ты лучше место присмотри пока.