Шрифт:
19
Люб, но недоступен весь. Брезжит, манит, дразнит нас. Только что блеснул вот здесь, хвать! – а он уже угас. Можно б плюнуть и забыть, но без смысла скучно жить. 20
Вот представим некий текст. Чтоб понять его вполне, надо нам узнать контекст, т. е., Юлик, то, что вне, сверху, снизу и вокруг. Правда ведь, любезный друг? 21
Коль внизу Inferno, Юль, А над нами Paradise, ясен (даже чересчур) смысл становится – окстись! Но совсем другой ответ, если верха просто нет. 22
Если низа нет вообще, так, ризома, черт-те что — столько смыслов у вещей, сколько не сочтет никто! Ведь тогда любая блядь может смыслы сочинять. 23
Что и происходит, Юль. Сколько их! Куда? Зачем? Тот загнул, тот подмигнул. Обезумели совсем. Фу-ты, ну-ты, хвост трубой! Отчебучат смысл любой! 24
Начитавшись Жомини, множественность истин мне проповедуют они. Черт ли в этакой херне? Я ведь это проходил, когда ты под стол ходил. 25
Если был бы я француз иль хотя б, как ты, еврей, может, я нашел бы вкус в свистопляске этой всей. Мне ж, поскольку осетин, смысл, пожалуйста, один! 26
Что мне сей калейдоскоп — телескоп потребен мне — разглядеть детально чтоб, разобраться чтоб вполне, в чем же смысл-то наконец, ждет чего от нас Отец? 27
Чтоб мы славили Его и не тешили других? Иль уж вовсе ничего Он не ждет от нас таких? Жизнь есть ложь, да в ней намек. Нам урок. Да все не впрок. …………………………………… 28
С трансцендентным перебор. К имманентному пора. Пестрый сор и сущий вздор смаковать мы мастера. Сплетничать в тиши ночной, рожи корчить за спиной. 29
Дружба, служба, то да се. Пиво-воды, колбаса. Жизнь одна на все про все и как на ладони вся — так жалка и так смешна, приставуча, как жена. 30
Ну а в жизни этой что нам всего важнее? Ну? Нет, мой друг, совсем не то! Эк ты, Юличек, загнул! Деньги нам всего важней!! Или, скажем так, нужней. 31
До чего ж я их люблю! До самозабвенья прям! Я бы каждому рублю спел отдельный дифирамб. Платоническая страсть — лень работать, грех украсть. 32
А уж гибнуть за металл — нет уж, извини меня! Впрочем, и за идеал гибнуть не любитель я. Даже за девичий вздох не дождутся, чтоб подох. 33
Петь же ради вздохов сих за металл про идеал я готов хоть за троих, я ни капли не устал. Чай, язык-то без костей… Только скучно без рублей. 34
Вот Флоренский, например, не поверил мне – а зря. Тыщи полторы, [2] поверь, хватит мне. А говоря честно, Юлик, и от ста не стошнило б ни черта! 2
Долларов, конечно. (Примеч. автора.)