— Дашенька, что случилось? — воскликнул он, схватил девушку за плечи и с испугом уставился на бледное лицо.

— Крестный, нам нужно немедленно поговорить, — княжна посмотрела на подруг и извиняющимся тоном добавила, — вам я пока ничего не скажу, простите меня.

Девушка повернулась и направилась в кабинет крестного, он поспешил за ней по коридору, обгоняя, и дойдя до двери первым, распахнул ее перед гостьей.

— Ну, что случилось, милая?

Долли протянула ему альбом и быстро рассказала все с самого начала — от приезда учителя Морозова в Ратманово до своего бегства из имения Островских.

— Крестный, нужно немедленно ехать туда и спасти Дашу, мне кажется, что она еще жива, я слышала ее стон в бане.

Барон посмотрел на последний лист альбома с красной розой. Он тоже узнал прядь, привязанную голубой ленточкой. Даша Морозова выросла на его глазах, а пепельно-русая толстая коса всегда была гордостью девушки.

— Дашенька, ты оставайся здесь с девочками, а я сам все сделаю, — умоляюще попросил Александр Николаевич, глядя на крестницу. — Сейчас всю дворню на коней посажу, и мы поскачем, а ты уж нас здесь подожди.

— Нет, крестный, ты от меня не отделаешься, — твердо ответила княжна, — Даша Морозова — моя подруга, я должна ее спасти, или я сама застрелю этого мерзавца. Поедем скорее, сейчас дорога каждая минута.

— Ну, хорошо, подожди меня здесь, я отдам приказания и оденусь, — согласился барон и вышел, девушка осталась одна. Взгляд ее снова упал на альбом, открытый на странице с розой, она перевернула лист и начала считать рисунки. Их было семнадцать! Значит, ее несостоявшийся жених и его рыжеволосая тетка уже забрали шестнадцать юных жизней.

— Прямоугольные клумбы, засаженные цветами одного сорта… да ведь это могилы!.. — ужаснулась Долли, вспомнив слова Лизы, — нужно искать клумбы.

Услышав шаги барона в коридоре, она устремилась ему навстречу.

— Мы готовы, но может быть, ты останешься здесь? — в последний раз спросил крестницу Тальзит, она отрицательно мотнула головой и поспешила к выходу.

Во дворе девушка увидела с десяток верховых. Барон собрал всех молодых мужчин из дворовых слуг и раздал им охотничьи ружья, сам он держал в руках два пистолета. Долли вскочила на Лиса, барон — на крупного вороного коня, и отряд тронулся в путь. Отсюда до Афанасьева было самое большее полчаса пути, но княжне дорога показалась бесконечной, ей все чудилось, что они еле тащатся, и она не успеет спасти подругу!

Наконец, за поворотом дороги открылось Афанасьево, но с той стороны, где за старыми липами прятался господский дом, стояло зарево, и поднимался густой черный дым.

— Скорее, — истошно закричала княжна, — она сразу поняла, что, обнаружив ее исчезновение, преступники уничтожают следы.

Через несколько минут отряд барона, миновав село, влетел на барский двор. Дом пылал, через окна были видны горящие шторы, но девушку интересовала только баня, которая тоже горела. Подлетев к бревенчатому строению, Долли увидела на двери большой засов, закрытый на висячий замок.

— Крестный, отстрели замок! — крикнула она, — там Даша!

Барон прицелился и выстрелил, перебив дужку замка. Княжна спрыгнула с Лиса и бросилась к двери, которая, к счастью, еще не занялась огнем. Она рванула дверь, и клубы едкого дыма вырвались наружу.

— А вот теперь отойди, — в голосе крестного Долли впервые услышала железные ноты, — держи ее, Митька — головой отвечаешь! — крикнул барон рослому кучеру и, накинув на голову полу сюртука, вошел в горящую баню.

Митька вбежал на крыльцо и загородил княжне дорогу.

— Барышня, пожалуйста, постойте — хозяин сейчас выйдет и все вам расскажет, — умоляюще говорил он, стоя в дверях с широко раскинутыми руками.

— Нашел! — голос барона казался глухим и тихим.

Долли уставилась в дымную черноту, но ничего не видела, пока более темное пятно не стало силуэтом крестного с большим продолговатым свертком на руках. Барон сошел с крыльца и положил свою ношу наземь. Княжна увидела только широкий и длинный дубленый тулуп, барон наклонился и опустил его воротник. Даша Морозова, бледная как привидение, с закрытыми глазами лежала у их ног.

— Она жива?.. — тихо спросила девушка. Ужас сдавил ей горло, и она думала, что крестный не услышит ее.

— Пульс есть, но боюсь, она может не выжить — неизвестно, что они с ней делали, — тихо ответил барон. — Вот, что, Дашенька, ты бери Митьку, да везите ее к вам в Ратманово, если кто и выходит девочку, так это Мария Ивановна, дай ей бог здоровья.

Долли кивнула крестному и, велев Митьке взять Дашу, закутанную в тулуп, вскочила в седло. Всадники скакали так быстро, как только успевал Митькин конь. Прошло уже больше часа, когда они, уже в полной темноте, въехали в Ратманово.