Яблоко
вернуться

Лайдинен Наталья
Шрифт:
Поздний вечер мучительно тает, Опускаются ниже ресницы. Приглашаешь на первое танго Над застывшей у ног столицей. Вслед за музыкой — глубже и выше! — Будет в небо мучительно падать. Губы с горьким привкусом вишен, Ты как будто призрак де Сада. Зеркала отражают движенье, Исчезает фигура вторая. В танце я твое продолженье, За тобой скольжу, доверяя Твоему дыханью, как ветру, Или голосу в сердце! — Кассандра! — Больше нет желаний запретных, Откровенна дерзость касаний. Задрожали шея и плечи, В поцелуях зла расцветая… И познанья путь бесконечен, Как слиянье в медленном танго.

«Удержи меня! Улетаю…»

Удержи меня! Улетаю — Стала слишком пером легка! Нить колышется золотая, Манят вести издалека. Здесь давно ничего не держит. Заглянула в твой мир тайком. Станешь ли обретенным стержнем, Долгожданным проводником И учителем, магом белым — Только в небо не торопи! Будут молний косые стрелы Разряжаться в твоей цепи, Подавляя сопротивленье, Возвращая дыханье — в такт. Мне откроется в притяженье Рук сплетающихся — контакт Запредельных моих энергий И объятий твоих тепла. Восхитительность новой неги Сблизит души… Потом — тела! Я с тобой закружусь бессрочно В темном танго, в двойном стекле… Потанцуй со мной между строчек — Полюби меня на земле.

«Из полноты бокала…»

Из полноты бокала, Как виноградный сок, Ты меня пьешь по капле, Растягивая восторг. Хочется все и сразу! Залпом одним! До дна, Чтоб захлебнулся разум! Только игра — длинна. Терпкой любви наука — Смутная пропасть дней! Невыносимей мука, Жажда и жар — сильней! Танец огней и лезвий, В пальцах — восторг стекла! Из глубины порезов Брызги и факела. Как шоколада плитка, Темная страсть горька. И бесконечна пытка Новых глубин глотка.

«В пространстве, распахнутом берегами…»

В пространстве, распахнутом берегами Любви мистической космограммы, Мы друг для друга взошли стихами, Стоцветьем гаммы! Заветной связи — в веках запретной! — Потенциал еще не изучен, Но рвется в музыке межпланетной Фонтан созвучий! Лечу навстречу, став отраженьем Лучей звезды, однажды забытой, И ты уже спешишь в притяженье Моей орбиты! Тобой зажглась — и с тобой сгорела! Успев шепнуть: навсегда останься! Два близких духа, два страстных тела. — Небесный танец!

«Финал листком газетным скомкан…»

Финал листком газетным скомкан. — Еще увидимся? — Едва ли… Ледок весенний хрупкий, ломкий, Движенье к небу — по спирали… Мне так легко отдаться ветру: По воле волн — прощай и странствуй! …Я помню вечер беззаветный, Где мы с тобой — в нездешнем танце…

«Влюбленность — сила без названья…»

Влюбленность — сила без названья, Живое волшебство идей. Ты не вернешь очарованья Букетом редких орхидей. И руки радостно целуя, Восторгом близости горя, Не воплотишь мечту шальную Растаявшего января. В объятье ты не станешь ближе, Глотнув искристого вина, Ты снова болен мной, я вижу, Вот только я… Не влюблена! Пусть удивленью нет предела, В душе задумчивая мгла. Как эта полночь догорела, Так я тебя — пережила.

«Кляну последнюю отсрочку…»

Кляну последнюю отсрочку, Пытаясь сохранить интригу, Но не могу поставить точку, Захлопнуть книгу. Хотя дописана страница, Разлукой завершилась повесть, Измучивший герой стремится Успеть на поезд. Еще на посошок — тягучий Бокал любви, изнеможенье, — И точки — три, на всякий случай: Вдруг — продолженье…

STELLA MARIS

«Спят под пальмами…»

Спят под пальмами Заплутавшие острова. Море светится бирюзой. В пазлах памяти Для кого-то еще жива, По воде гуляю босой. Дальние корабли. В предрассветном мазке Вечность обнажена. Вздох печаль утолит. Я прочту на песке Наши новые имена.

«Бегство — это срыванье кож…»

Бегство — это срыванье кож, В прошлом нет ничего — пожар! Новый миг на вечность похож: Вдруг Всевышний ладонь разжал. Я во всем — и сразу нигде. Не стремлюсь душой никуда, Распластавшись, лежу на воде: Голубая морская звезда.