Шрифт:
– Вот ч-ч-черт…
Он вынул свой телефон и нажал кнопку ускоренного вызова.
– Это Фил Бреннан. Слушай, у нас тут ситуация… – Он снова посмотрел за штору, но тут же отвел глаза. – Причем очень хреновая ситуация…
Глава 66
Анни была так испугана, что боялась пошевелиться и стояла ни жива ни мертва. Ей казалось, что человек наверху слышит ее гулко стучащее сердце, ее судорожное прерывистое дыхание. Ей хотелось рвануться с места, закричать или, по крайней мере, набрать полную грудь воздуха. Но она не смела даже шевельнуться.
Сверху послышался смех и чьи-то шаги вниз по лестнице.
«О господи…»
Темная фигура медленно двигалась к ней, заслоняя пробивающийся сюда скудный свет.
Она должна была что-то сделать, чтобы как-то выиграть время.
– Я констебль Анни Хэпберн, – сказала она, чувствуя, что ей едва хватает дыхания, чтобы закончить эту фразу, – представьтесь, пожалуйста.
Снова все тот же смех.
– Ну зачем же так официально?
Что? Теперь она узнала этот голос. Микки Филипс.
– И к тому же я знаю, кто ты такая, Анни. – Он со смехом вошел в полоску света. – Я тебя уже где-то видел…
Она ударила его. Снова и снова била его ладонью в грудь от страха, унижения и облегчения.
– Какой же ты… негодяй… жалкий мерзавец… Микки Филипс…
– Эй, эй, прекрати!
Он поднял руки и, продолжая смеяться, схватил ее за запястья.
Наконец ей удалось вернуть себе некое подобие присутствия духа.
– И вообще, что ты тут делаешь?
– Я сказал, что встречу тебя здесь, припоминаешь?
Она опустила руки. Огляделась вокруг, еще раз взглянув на стены.
– Я очень рада, что ты пришел.
Микки проследил за ее взглядом и понял, на что она смотрит.
– О боже…
– Согласна. Я думаю, что мы попали на след. А Фиона Уэлч с ее психологическим портретом убийцы…
Она сокрушенно покачала головой.
– Именно об этом я и хотел поговорить с тобой, – сказал он. – Вчера вечером.
В ожидании продолжения Анни удивленно приподняла бровь.
Он снова осмотрелся по сторонам, глядя на все эти картинки и фотографии, которые явно выбивали его из колеи.
– Мы можем наконец выйти отсюда? По-моему, я этого всего уже достаточно насмотрелся.
Они вернулись на набережную. Анни была поражена тем, что здесь по-прежнему продолжает светить солнце. После пребывания в мрачном трюме этой яхты ей уже казалось, что она больше никогда не увидит солнечных лучей.
Похоже, Микки ощущал нечто подобное.
– Хочешь мороженое?
– Я хочу стакан джина с тоником. Причем чем больше, тем лучше.
Он расхохотался.
– И я не осуждаю тебя за это.
Улыбка ее растаяла.
– Итак, насчет вчерашнего вечера…
Она попыталась улыбнуться, но, после всего того, что они только что видели, это оказалось не так просто.
– Фиона Уэлч, – сказал Микки. – Что ты о ней думаешь?
Анни пожала плечами.
– Я с ней не особенно-то и пересекалась. Не могу сказать, что она лучший профайлер, с которым доводилось сотрудничать.
– Я ее что-то никак понять не могу. То она не хочет со мной говорить, а в следующую минуту от нее уже не отцепишься.
– Должно быть, все дело в твоем лосьоне после бритья. Знаешь, эффект «Линкс», как в рекламе?
– Я серьезно. Она уже начинает меня доставать. Я думал об этом вчера вечером. А сегодня утром, когда Энтони Хау пытался покончить с собой, я тоже наблюдал за ней.
– И что?
Он огляделся по сторонам, словно стесняясь высказать свои мысли.
– Я, конечно, не знаю, но мне кажется, что она просто балдела от этого зрелища. Как будто для нее это был какой-то грандиозный триумф. – Он опустил глаза. – Как будто… все идет по ее плану.
Анни уставилась на него.
– Что ты имеешь в виду?
Руки Микки беспокойно задвигались.
– Я… Вот послушай. Я проверил по записям в журнале. Вчера вечером она ходила разговаривать с ним, с Энтони Хау. Спускалась к нему в камеру, после того как Фил закончил допрос. – Он вздохнул. – И еще… Я иногда смотрю на нее в офисе, когда она думает, что ее никто не видит, и она так странно улыбается.
– Очень редкая картина. Особенно в нашем офисе.
– Я не только это хотел сказать. Это выглядит так, будто… ну, не знаю… будто она смеется над нами. Над всеми нами. Как будто это один большой тайный розыгрыш. – Он вздохнул. – Ох, я правда не знаю. Наверное, очень глупо произносить все это вслух. Возможно, я на ровном месте просто раздуваю из мухи слона. Но… В общем, она мне не нравится.