Если бы Поль наклонился и поцеловал ее, Улла испытала бы меньшее потрясение. Ее пульс подскочил, горло сжалось так, что стало трудно глотать, во рту пересохло. Но хуже всего было то, что у нее засосало под ложечкой.

Притворяться, что это ощущение не имеет никакого отношения к сексу, не было смысла. С таким же успехом можно утверждать, что солнце встает не каждое утро. Возмущенная предательством собственного тела, Улла сказала:

— Тогда почему вы разошлись с моей кузиной? У нее характера на десятерых хватит.

— Тут есть разница. Юлия не производит впечатления зрелой женщины, хотя прекрасно знает, чего хочет. Она очаровательный, но испорченный и очень хитрый ребенок. К сожалению, испорченность быстро дает себя знать, очарование исчезает и остаются только детские капризы.

В том, что он не только красив, но и проницателен, нет ничего удивительного. Улла тут же вспомнила, что недооценивать его было бы глупо.

— Но ведь для того, чтобы вступить в брак и расторгнуть его, нужны двое, правда?

— Возможно, — ответил Поль. — Я тоже не без греха. Должен признать, что я устал играть роль телохранителя с виду взрослой женщины и принимать участие в ее дешевых интригах. Мне вообще не следовало жениться на ней.

— Тогда почему вы это сделали?

— Потому что иногда и на меня накатывают приступы безумия. Юлия прибыла в Фор-де-Франс и взяла его штурмом. Я увлекся прекрасной чужестранкой так же, как и все остальные. Мне следовало знать, что это приведет к проблемам, которые никто из нас не сможет разрешить… Как салат?

— Спасибо, очень вкусно. Что вы имеете в виду, когда называете ее чужестранкой?

— То, что разные вкусы помешали нам найти общий язык.

— Иными словами, она для вас была недостаточно хорошо воспитана.

— Не искажайте мои слова, мадемуазель. Просто она не смогла или не захотела понять, что в чужой монастырь со своим уставом не ходят. Мартиника — это смешение множества культур. Сначала Юлия говорила, что она в восторге от этой особенности нашего общества, но вскоре устала и начала жаловаться, что мы недостаточно цивилизованны.

— Может быть, она страдала от ностальгии.

— Может быть. Но хуже всего было то, что ее увлечение мною прошло так же быстро, как увлечение Мартиникой. — Он долил бокалы. — Похоже, вы расстроены. Я вас чем-то обидел?

— Нет, — честно ответила Улла. — Есть одна проблема. Все, что вы говорите, очень похоже на Юлию. Боюсь, я не смогу ее защитить.

— Раз уж мы сошлись во мнениях, позвольте спросить вас кое о чем… — Поль придвинулся так близко, что Улла ощутила жар его тела и пряный запах не то мыла, не то шампуня. У нее тут же закружилась голова.

— Да? — Она не узнала собственного голоса, хрипловатого от ожидания.

— Почему приехали вы, а не она?

Реальность оказалась такой далекой от ее фантазий, что она чуть не поперхнулась салатом.

— Я уже говорила, — с трудом отдышавшись, ответила она. — Мы двоюродные сестры.

— Да, говорили, — ровно ответил он. — Но я хочу знать настоящую причину. Что на сей раз замыслила Юлия?

— Ничего. — Улла вытерла рот салфеткой. — Она больше не хочет вас видеть, только и всего.

— В самом деле? — Тон Поля тут же изменился. — Сильно сомневаюсь.

— С какой стати? Вы сами сказали, что не можете пробыть с ней дольше пяти минут, а чем она хуже? Совершенно нормальная реакция. После развода люди далеко не всегда остаются друзьями.

— Но если у этих людей есть общие дети, ради их блага приходится отказываться от собственных амбиций.

— Именно это и сделала Юлия, когда согласилась прислать к вам Хельгу на лето. — Улла подавила зевок, отставила недоеденный салат и попыталась встать. — Послушайте, мне не хочется быть грубой, но я действительно очень устала и…

— Довод с изъяном. — Длинные смуглые пальцы Поля сжали ее запястье, мешая встать. — Юлия любит привлекать к себе внимание. Что заставило ее обратиться именно к вам?

Его прикосновение обжигало. Кровь, струившаяся по жилам, закипела, по спине побежали мурашки.

— Думаю, дело во времени, — едва дыша, ответила Улла. — Юлия не могла позволить себе пробыть здесь почти два месяца. Сами знаете, она снова вышла замуж и…

— Я не знал.

— О боже! — Улла поняла, что принесла ему неприятную новость. — Прошу прощения. Я думала, она сообщила вам… — Она недоверчиво уставилась на Поля. — Неужели Юлия не сказала об этом?