— Я не подумала, — ответила Улла. Бушевавший в крови адреналин заставлял ее говорить неестественно спокойным тоном. — Прости, я не хотела пугать тебя.

Вокруг них собралась встревоженная толпа, состоявшая из мужчин во фраках и женщин в дорогих шелковых платьях, подолы которых беспечно мели пыль.

— На нее чуть не наехали!

— Она ранена?

— Не думаю, что машина ударила ее, но выглядит она так, словно ее переехали.

— Вызовите «скорую»!

— Я врач. Дайте мне осмотреть ее.

— Поль, мне не нужен ни врач, ни «скорая», — прошептала Улла, посмотрев ему в глаза. — Поскорее увези меня отсюда. Пожалуйста!

Поль долго смотрел на нее, а потом кивнул.

— Все в порядке, — сказал он людям, усаживая Уллу в машину. — Дама отделалась легким испугом. Спасибо за заботу.

Машина двинулась по длинной ярко освещенной улице. Улла съежилась на сиденье. Наступил шок, и она дрожала как осиновый лист.

Заметив это, Поль нажал кнопку на щитке, и лодыжки Уллы обдал поток теплого воздуха.

— Милая, ты скажешь мне, что случилось на самом деле?

— Я уже сказала, — ответила она, продолжая стучать зубами.

После нескольких поворотов они выехали на прямое приморское шоссе, и Поль нажал на газ. Зеленый свет, лившийся от приборной доски, обрисовывал его мрачный профиль.

— Сомневаюсь, — спокойно сказал он. — Та женщина, которую я знаю, не совершила бы такой самоубийственный поступок без причины. — Он выждал долю секунды. — Тебя кто-то толкнул?

— Не так, как ты думаешь. — Улла вспомнила, что маркизы не было среди людей, испугавшихся за ее жизнь. И слава богу! Иначе Улла выцарапала бы ей глаза, после чего утренняя газета вышла бы с броским заголовком.

— А как? Перестань ходить вокруг да около и объясни наконец, что произошло!

— Если хочешь знать, в этом виновата твоя любимая подруга, маркиза де Оливейра! — выпалила Улла, разозленная его повелительным тоном. Черт с ним, пусть знает, что за люди его друзья! — Ей не понравилось, что ты появляешься со мной на людях, и она высказала свое неодобрение кому-то очень громко.

— И из-за такого пустяка ты чуть не погибла?

— Ты не знаешь, что она заявила.

— Тогда расскажи. Слово в слово.

— Нет, — ответила Улла. Ее гнев прошел так же внезапно, как и вспыхнул. — Не стоит повторять.

— Если ты расстроилась так, что чуть не попала под передние колеса моей машины, то стоит. Либо ты расскажешь сама, либо я вырву эти слова у нее из глотки. По одному слогу за раз! — Он шумно выдохнул. — Впрочем, может быть, оно и к лучшему. Иначе я свернул бы ей шею, а она не стоит того, чтобы садиться из-за нее в тюрьму.

— Вот именно, — ответила Улла. — Так что забудь.

— Ну уж нет, — мрачно возразил он. — Я знаю Алехандро с детства. Не хочется лишаться его дружбы, но видеть его жену я больше не желаю. Если он спросит в чем дело, я ему расскажу.

— Не нужно. Я все равно скоро уеду отсюда.

— Ты в этом уверена? — Поль взял ее за руку.

Его прикосновение согревало лучше, чем печка.

— Нет, — в припадке честности ответила она. — После встречи с тобой я не уверена ни в чем.

— Тогда давай поищем способ избавить тебя от сомнений. — Не сводя глаз с дороги, Поль взял ее руку и поднес к губам. — Когда мне надоедает безумная суета Фор-де-Франса, я уплываю на Санта-Крус. Это простое и тихое место, там нет слуг, не слишком роскошно, но очень красиво и спокойно. Мне бы хотелось на несколько дней отвезти туда тебя и Хельгу. Если ты согласна, мы можем уехать утром и пробыть там до понедельника.

Четыре дня вдали от злого языка Камиллы де Оливейра?

— Отличная мысль!

— Раз так, договорились. Мы выедем рано, а вернемся только для того, чтобы переодеться к обеду у Мийо.

Предвкушение было радостным, и Улла не слишком расстроилась, когда после приезда на виллу отправилась к себе одна.

— Я бы пошел с тобой, — сказал Поль, обняв ее у подножия лестницы, — но уже за полночь.

— Тем более что незаметно прошмыгнуть мимо Ирен, сидящей с девочкой, не удастся. — Улла обвила руками шею Поля и прижалась к его сильной груди. — Я думаю, она тоже будет рада избавиться от нас на несколько дней. Мы сильно нарушили ее распорядок дня.