Мы отвлеклись и отстали, спину Витька практически не было видно. Мы встревоженно переглянулись: Казанцев ждать не станет. Он и не заметит, что нас нет.

Мы с Леной уже не шли, бежали. Какая-то коварная коряга бросилась мне под ноги, и я кубарем скатился с холма, заметно опередив Ахмедову. С трудом поднялся: колени прилично саднило. Я дрожащими руками стряхнул с себя сухие прошлогодние листья и печально констатировал:

– Знаешь, рюкзаки, конечно, натирали плечи, тут Серый прав, но…

Лена смотрела на меня сочувственно. Я закончил:

– Но с ними мы так не неслись бы! Сорок килограмм Вована все же тормозили. Зато теперь – держись!

Постанывая, я потрусил за Леной. Натруженные за последние дни мышцы ныли, болели только что ушибленные колени, и я угрюмо думал: «Нет, все-таки, Вован за старшего – это перебор…»

Кузнецов оказался прав, минут через двадцать мы уткнулись в ельник. Он стоял перед нами сплошной стеной и выглядел непреодолимой преградой.

Макушки елей уходили ввысь, между лохматыми темно-зелеными ветвями заплутало крохотное облако, небо казалось чрезмерно белесым, словно выгоревшим.

Деревья стояли плотно, почти смыкаясь кронами и не пропуская вниз солнечного света. Пахло сыростью и гнилью. В лица нам щетинился иглами молодняк.

Лилька брезгливо ткнула пальчиком в паутину, натянутую между деревьями, и недоверчиво прошептала:

– Нам сюда?

Вован хмуро сказал:

– Ельник не обойти. Он тянется в обе стороны на километры. Просто берегите глаза. Да поменьше обращайте внимания на мелочи.

Он решительно раздвинул рукой колючие ветви и двинулся вперед. И даже сумел перейти на бег.

Я пропустил вперед Лену и неохотно потрусил следом. Если только ЭТО можно было назвать бегом.

Под ногами пружинил толстый слой старых игл. Кроссовки временами скользили, под ними рассыпались в пыль давно сгнившие ветки. Обросшие мхом завалы вырастали на пути едва ли не на каждом шагу, перебираться через них – настоящая мука.

Никогда не любил ельники!

Воздух стал влажным, тяжелым и затруднял дыхание. Деревья теснились вокруг, враждебные, подстерегающие. Мертвые переплетали свои ветви с живыми, протискиваться сквозь их колючий заслон становилось все сложнее и сложнее.

Мы двигались, словно в жидком киселе, удушливом и плотном. От земли поднимались ядовитые испарения. Мох прямо на глазах становился толще, взбирался на деревья все выше, а вспучившиеся корни мертвых деревьев коварно бросались под ноги.

Скоро мы почувствовали близость болота. Мох все чаще прогибался под ногами, наверх прорывалась желтая, отвратительно пахнущая вода. Комары тучами висели в воздухе и наполняли его немолчным звоном. Под ногами хлюпало, чавкало, дышало. Тут и там появились никогда не пересыхавшие лужицы, покрытые ряской.

Мы не переговаривались, слишком устали. Бездумно продирались сквозь ельник, стараясь не выпускать из поля зрения спину бежавшего впереди товарища, и почти полностью повторяли его маршрут. Спотыкались, временами падали. Невнятно бормотали проклятия, неизвестно в чей адрес. Вскрикивали, когда едва ли не нам на головы рушилось мертвое дерево, и спешили дальше.

Лес казался нескончаемым. Мы как-то забыли о словах Вована, что ельник тянется довольно узкой полосой. С трудом поверили собственным глазам, когда один за другим вывалились на открытое пространство. И замерли, потрясенные: перед нами простиралось огромнейшее болото.

Оно тянулось до самого горизонта.

Зеленые заплаты перемежались бесчисленными водными зеркалами, в них отражалось опрокинутое небо. Горбатые, заросшие мхом кочки выглядели спинами диковинных животных. Крохотные островки с жалкими заморенными деревьями казались пародией на примыкавший к болоту величественный ельник…

Мы растерянно всматривались в чудовищное болото, пытаясь не думать – как мы его пересечем. Мы чувствовали себя слабыми и ничтожными. Мы ничего не стоили вне города и привычных благ цивилизации. Особенно остро это ощущалось здесь, на краю мира.

Не верилось, что за страшным, нескончаемым болотом что-то есть. Оно внушало нам нестерпимый, почти животный ужас. Вздыхало, ворочалось перед нами, пускало зловонные пузыри и ждало…

Лилька испуганно выдохнула:

– И мы туда пойдем?! Не хочу!!!

Казанцев поддержал ее:

– Может, обойдем?

Серега хмуро буркнул:

– В какую сторону идти предлагаешь? Сам же карту помнишь, дома еще смотрели – оно длиннющее.

– Но мы раньше через эту жуть идти не собирались! – возмущенно закричала Лилька.