— …й-йя-а вас п-предуп-прежу.

— …господин инспектор.

— Г-госп-подин ин-нспектор.

— Отлично. Не стану скрывать: мне по хрену, если тот психопат настрогает тебя ломтями. А если ты будешь делать еще что бы то ни было,кроме как смотреть в сторону горизонта, я сам тебя убью. Теперь вали.

Они с Томасом какое-то время смотрели вслед молодому человеку, медленно бредущему вдоль улицы. Бейсбольная бита волочилась за ним по пыли. Вид у него был самый жалкий.

— Что вы обо всем этом думаете? — наконец спросил Томас.

— Что он мелкий мудак, — проворчал коп.

— А еще?

— Он лжет.

— В самом деле?

— Иначе зачем бы я это сказал?

Томас немного поразмышлял.

По большей части он был согласен с Коулом. Последовательность событий они восстановили более-менее верно. Исчезновение Перл подкосило Сесила, в этом не было никакого сомнения. Однако заправщик в очередной раз появился на сцене как-то подозрительно вовремя.

Он что-то скрывал. Оставалось узнать почему.

— Вы могли бы посильнее на него надавить, — наконец проворчал Томас.

— Не беспокойтесь, я это сделаю. А теперь давайте колитесь сами.

— Что?

— Не стройте из себя святую невинность. Вы второй раз встречаетесь с убийцей, и он отпускает вас с миром. Такое ощущение, что он к вам неравнодушен. Ну так что, у вас есть что мне рассказать?

Томас кивнул.

— Да, — со вздохом сказал он. — Пока я лежал без сознания, я видел… что-то вроде сна. Видение из прошлого.

— И?..

— Убийца… Я с ним уже встречался. На самом деле — мы с ним друзья детства.

Телефонный звонок вырвал агента Спаркли из глубин сна.

Спаркли издал глухое ворчание, как бульдог, у которого отнимают кость, и, взглянув на будильник, нахмурился.

Чарлин потянула к себе простыню.

— М-м-м? — сонно пробормотала она.

— Ничего, дорогая. Спи.

Он встал.

Будильник стоял на ночном столике, рядом с кобурой, где отдыхал «Глок-17». Мобильный звонил из кухни — вчера вечером Спаркли забыл захватить его в спальню.

Если этот чокнутый жаворонок не перестанет названивать, то перебудит весь дом!

Спаркли пересек комнату, по дороге чуть не споткнувшись о робота из подразделения «Пауэр Рейнджере», вышел в коридор и на мгновение остановился перед комнатой Скотта. Заглянув в приоткрытую дверь, он убедился, что сын по-прежнему спит. Шэннон обычно вставала на рассвете, но Скотта в это время не заставило бы подняться даже землетрясение.

Телефон все звонил.

— Сейчас, сейчас, — пробормотал Спаркли, — иду…

Он вошел в кухню. Оказывается, Шэннон уже проснулась и сейчас стояла с трубкой в руке.

— Алло?

Спаркли обошел стол.

— Нет, это Шэннон Спаркли.

— Шэннон, дай мне телефон.

— Да, папа здесь.

Он взял у дочери трубку.

— Спаркли.

— Дэвид Уэлш.

Бульдожье лицо Спаркли вытянулось. Еще немного — и он бы проглотил телефон.

— Одну минуту. — Он прикрыл трубку рукой. — Иди к себе, Шэннон. Еще рано.

У нее за спиной уже висел школьный рюкзак, но при этом она была по-прежнему в пижаме и ее глаза все еще были сонными.

— Ну-ууу, пожа-алуйста…

Обычно она выпрашивала что-то до тех пор, пока не получала желаемое. Но на этот раз что-то в отцовском выражении лица убедило ее, что лучше этого не делать. Шэннон преувеличенно громко вздохнула и пошла к двери. Спаркли машинально следил, как ее маленькие ягодицы постепенно удаляются. Потом он тоже вздохнул и снова заговорил в трубку:

— Черт возьми, как вы узнали этот номер?!

— У меня есть некоторые связи, — ответил Уэлш.

— А который час, вы знаете?

— Мне хотелось бы узнать нечто более важное.

— О чем?

— О Сете Гордоне и Викторе Крампе. О взрыве. Что в точностипроизошло?

Доктор Уэлш положил трубку через три минуты и облокотился на перила террасы.

Над заливом всходило солнце. Внизу какой-то тип совершал утреннюю пробежку в компании собаки. Со своей террасы доктор Уэлш мог наслаждаться великолепным видом, хотя сейчас красота Венеции была лишь слабым отблеском прежней.