Лицо Алекс напряженно застыло.

— Мне больше нравится, когда ты зовешь меня «Джаред».

Его губы нашли чувствительное местечко у нее за ухом, а пальцы тем временем с нежной уверенностью обследовали каждый сантиметр ее груди.

Алекс с трудом сглотнула, уже ощущая, как от его нежных прикосновений по ее телу разливается приятное тепло. Она мысленно проклинала его за то, что он разбудил в ней эти чувства.

— Ты слишком много думаешь, — мягко упрекнул он ее, легонько прослеживая языком изящную линию ее шеи. И даже по этой короткой фразе стало заметно, что его голос становится все глуше и резче, отражая пульсирующее в его теле желание. Его рука двинулась вниз по ее талии и бедру, задержавшись между ног.

Алекс понадобилась вся ее выдержка, чтобы не ахнуть от этого настойчивого интимного прикосновения.

— Прикоснись ко мне, Алекс! — неожиданно потребовал он, отпуская ее руку и кладя ее ладонь себе на грудь. — Покажи мне, что ты нормальная живая женщина и тоже способна на страсть. Его голова опустилась, и он приник к ее губам в проникающем, казалось, в самую ее душу поцелуе. Когда его голова опустилась еще ниже и он нежно провел зубами по ее набухшему соску, она не смогла сдержать стон.

Поспешно расстегнув его рубашку, Алекс вытянула ее из-под пояса джинсов. Она извивалась и выгибалась навстречу ему, требуя, чтобы он разделил ее желание.

— Давай не пойдем к обеду, — с трудом выговорил Джаред, осыпая ее лицо горячими поцелуями. Его пальцы продолжали дразнить влажное тепло ее лона.

— Нельзя. — Ей уже трудно было говорить. Пока она произносила слова, в которые ей самой не хотелось верить, пальцы ее неловко возились с пряжкой на поясе его джинсов. В эту секунду она была полна неутоленного желания. — Нас хватятся.

Его смешок щекотал ей нервы.

— Скорее нам позавидуют.

Самоуверенные слова Джареда подействовали на Алекс, как ушат холодной воды. Остатки здравого смысла заставили ее резко выпрямиться, она оттолкнула его и поспешно завернулась в полотенце.

— Если вы собирались продемонстрировать мне, что между нами есть физическое влечение, то можете больше не трудиться, считайте, что вы это доказали, холодно сказала она.

— Секунду тому назад ты, как мне кажется, собиралась принять участие в этом, с позволения сказать, «доказательстве», — напомнил он ей.

— У меня есть предложение, мистер Темплтон. — Она говорила угрожающе тихо. — Вы сейчас отсюда уйдете и больше не будете ко мне приближаться, и тогда я не стану ничего говорить о том, что только что произошло. А если вы еще раз ко мне придете, вы об этом пожалеете.

Джаред неспешно встал и заправил рубашку в джинсы, не потрудившись ее застегнуть.

— В конце концов, злючка, это ты придешь ко мне. — Он хищно ухмыльнулся. — Тебя явно давно никто не любил, а пока я предложил тебе только закуску. Очень скоро ты захочешь горячее и десерт…

— Убирайся!

Джаред прошел к двери, но по пути остановился и, снова повернувшись к ней, спросил:

— Удовлетвори мое любопытство. Какой он был, твой муж? Настолько самоуверенный солдафон, что ты сочла необходимым с ним развестись?

Он изумился, услышав ее печальный ответ:

— Деннис был добрейшим, милейшим человеком на свете. Он был хороший — слишком хороший для меня. Вот я и оказала ему услугу — дала ему свободу. — Она медленно подняла голову. — Ну, теперь вы удовлетворены?

Джаред не отрываясь смотрел на ее заострившиеся от боли черты. Не сказав ни слова, он повернулся, открыл дверь и ушел.

Посидев нескольких секунд неподвижно, Алекс медленно натянула полотенце, чтобы получше закрыть замерзшее тело. За очень короткое время Джареду прекрасно удалось пробить заметную брешь в столь прочной, на ее взгляд, линии самозащиты. Если она не будет осторожна, то окажется в пропасти — такой глубокой, что из нее ей никогда не удастся выбраться. Медленно и неуверенно она встала с постели и начала одеваться. Свой бирюзовый комплект белья она запихнула подальше в ящик. Скорее всего она больше не сможет его надеть, не вспомнив, что эти вещи побывали в руках Джареда.

Алекс рассчитала время так, чтобы прийти в гостиную всего за несколько минут до того, как всех позовут к столу.

Когда она в нерешительности застыла под аркой, ведущей в гостиную, ее взгляд остановился на полузакрытых веками глазах Джареда. Он поднял свою рюмку в молчаливом насмешливом приветствии и сделал большой глоток.

— Мадам Пейдж! — Подойдя к ней, Рашид поднес ее руку к губам. — Вы, как всегда, выглядите очаровательно.

Его темные глаза выразили восхищение винно-красной бархатной юбкой до пола и белой блузкой с рюшами. Уложенные на макушке в узел волосы выгодно подчеркивали изящную линию шеи и тонкие черты ее лица.